Оказывается, и ее муж изначально был не мужем, а молодым человеком, тело которого они также украли. Эта парочка придумала хитроумный план жить вечно благодаря мерзкому обряду, который помогает им переселяться из своих тел в чужие, как только они постареют. И хотя я такого совсем не ожидала и фильм мне по итогу показался потрясающим из-за такого сюжета, по его окончанию я не могу избавиться от страха. Оказывается, даже без оторванных конечностей могут получаться жуткие и страшные фильмы!

– Ну что ты так дрожишь? – насмехается надо мной Джалал, выключая телевизор.

– Я больше не хочу смотреть такие фильмы! – заявляю я. – Как мне теперь спать? Я же не усну!"

"– Я буду рядом, стеречь тебя от всяких жутких людей и чудовищ, – говорит он с улыбкой, которая на этот раз выглядит на удивление доброй на его суровом лице.

Я на минуту даже забываю, о чем вообще думала. Пока не осмысливаю то, что он сказал.

– То есть, я сегодня снова буду спать здесь? – задаю интересующий меня еще с утра вопрос.

– Что значит сегодня? – мрачнеет он. – Где тебе еще спать, Аза? Или ты думаешь, что я разрешу тебе иметь отдельную кровать?

– Но… – теряюсь я. – А как же моя комната? Разве я не должна спать там?

– Какая, нахрен, комната?! – сердито ссаживает он меня со своих колен на диван, глядя с откровенной угрозой в глазах. – Ты теперь возомнила себя хозяйкой положения и просишь отдельную спальню?

– Нет, но ведь Раиса сказала, что моя комната в женской половине! – в панике пытаюсь оправдаться, прикрывая лицо, если он решит ударить меня, потому что каждый раз, когда папа так сердился, он выплескивал свою ярость в виде затрещины.

– Раиса!.. – рычит Джалал, а потом отводит мою руку от лица, ища мой взгляд. – Что конкретно она тебе сказала, Аза?

Глава 12

Вот так, словно по щелчку пальцев, мой муж снова превращается в рычащее животное, повергая меня в ужас одним своим видом. Я ненавижу свой страх, но не могу его контролировать. Инстинкт самосохранения вопит мне бежать, но разве это не разозлит его еще больше?

– Она показала мне дом и мою комнату в женской половине, – едва выдавливаю из себя ответ. – Ту, которая раньше принадлежала твоей маме.

Он немного расслабляется, услышав это. Задумывается.

– Ладно, я понял. Если она снова заговорит об этом, смело шли ее куда подальше. Я уже предупреждал, что ты будешь жить со мной, и плевать я хотел на ее правила. Мне что же, разыскивать свою жену по всему дому, когда я захочу ее? Тупая овца!

Меня коробит от его отношения к мачехе и таких выражений, но я молчу. Не хочу огрести за то, что вздумала учить мужчину манерам и такту.

– Тогда, если я остаюсь здесь, то мне бы хотелось переодеться перед сном и лечь, – говорю робко. – Уже поздно.

– Время детское, – фыркает он, глядя на часы. – Ну да ладно, иди.