Они прекрасно знают, что именно этим я зарабатываю на жизнь, но если предать мою причастность к низкому жанру огласке, то… одним словом, как у Грибоедова, «ах, боже мой, что станет говорить княгиня Марья Алексевна».

Итак, Света молчит и улыбается, я молчу и сержусь, Катя продолжает причитать по поводу дорогих ботинок, а вот Саша Вознесенский как-то странно на меня посматривает. Кажется, он о чем-то начинает догадываться. Что ж, ему, пожалуй, можно и рассказать, но потом, и непременно при условии, что он не станет распространяться об этом. А для того чтобы быть уверенным в его молчании, мне нужно получше его узнать, так что если я решусь раскрыть ему свой секрет, то сделаю это очень и очень не скоро.

Кате же я совершенно точно ничего не скажу, ведь она работает в том числе и на музыкальный канал и наверняка не сможет удержаться, чтобы не использовать эту информацию. Саше-то мой секрет до лампочки, он о книгах пишет, с заказными убийствами разбирается, а вот Катя - лицо заинтересованное."

"Из гостеприимного дома Безрядиных мы ушли около полуночи. Машина, на которой приехали Катя с Сашей, стояла возле моего подъезда, так что метров пятьдесят мы прошли вместе, а потом возникла неловкая пауза.

Саша, видимо, все понял и отошел на три шага в сторону, якобы покурить. Катя молча стояла и смотрела куда-то вдаль.

- Ты останешься? - спросил я. Она помотала головой.

- Меня твои коты не любят. Не хочу навязываться. Насильно мил не будешь.

Я вообще- то не дурак, то есть дурак, конечно, но не совсем. И если вначале, когда Катя только-только привела Сашу ко мне, я был уверен, что она захочет остаться у меня, то теперь я был абсолютно убежден, что оставаться она не собирается и мои коты тут совершенно ни при чем.

Чем-то я, видно, ее разочаровал, что-то ей не понравилось во мне, а может быть, наоборот, что-то сильно привлекло в Саше, и сейчас она хочет не подняться ко мне в квартиру, а сесть вместе с ним в машину. Что ж, так тому и быть. Правильно она говорит: насильно мил не будешь. Да, она мне нравится, и маме моей она нравится, но у нас с ней все равно ничего путного не получится. Очень уж мы с ней разные. И кошек она не любит. Да и коты мои ее не жалуют.

- Ладно. Тогда счастливо.

И имей в виду: насчет новых ботинок я говорил серьезно. Ты реши, как тебе удобнее - поехать вместе со мной в магазин или взять у меня деньги и ехать одной. Как решишь - позвони, договорились?

Она заметно повеселела, видно, ожидала, что я начну настаивать на чем-то и затею сцену, чмокнула меня в щеку, открыла машину и скользнула за руль. Я попрощался с Сашей и зачем-то долго смотрел вслед отъехавшему автомобилю, удивляясь невесть откуда взявшемуся чувству облегчения. Наверное, я никогда не женюсь.