Я не дотягиваю до них по всем показателям. Единица за покорность. Единица за технику. И ноль за силикон в стратегических местах. Если меня как-то и можно использовать, то лишь в виде фона, на котором эскортницы будут смотреться настоящими звездами.

- Ты сейчас пошутил? – Обхватываю себя руками.

- Я похож на клоуна? – Миша выгибает густую левую бровь.

- Твой коктейль забродил, - забираю у него бутылку. – Не пей больше эту дрянь.

- Дрянь здесь только ты. - Муж замахивается, чтобы ударить, но в последний момент останавливает руку. – Моя маленькая безотказная подстилка.

Он вминает меня своим огромным телом в стену и левой рукой лезет в трусы.

Задержав дыхание, я не двигаюсь. Проклиная всей душой паранойю этого животного, позволяю потрогать и засунуть внутрь указательный палец.

Стандартная проверка. Первое время, когда он только начал устраивать мне такие процедуры, я вырывалась, кричала, пыталась драться. Мне было грязно и стыдно.

Потом, со временем, я научилась терпеть.

«Палец – это не член», «пара секунд в трусах – это не секс» - принялась успокаивать себя, и проверки стали проходить проще.

- Сухая и тугая, - с ухмылкой заявляет Миша, вынимая руку.

- Доволен? - Поправляю платье.

- Говорят, если женщину редко драть, то характер портится. Твой уже полное дерьмо. Надо срочно исправлять.

- Я не буду спать ни с кем из твоих дружков.

- Какая верная женушка! Какое редкое сокровище!

Миша вытирает ладонь о мою грудь и, забрав бутылку, залпом выпивает свою бурду до дна.

- Когда ты забрал меня из дома, уговор был лишь об одном мужчине. О Германе Боровском. Больше никаких услуг.

Я знаю, что для мужа и ему подобных слово дороже золота. Они позволяют себе нарушать любые правила, но всегда исполняют данное слово. Это единственная ценность, какая есть у моего мужа, потому давлю именно на нее.

- Времена поменялись. С Боровскими пора кончать. Старик мешает мне вести дела в Питере, а его приемный младшенький сынок* суёт свой ментовский нос в московские схемы.

- Но они - не я...

У меня есть жуткая догадка. Не хочу ее озвучивать.

- Когда я с ними покончу, наш милый Роберт станет единственным наследником империи старика. Я буду управлять от его имени. А вот ты...

Он по-собачьи поворачивает голову набок. Выжидает.

- Я не стану тебе помехой. Я его мама, - спрятав руки за спиной, сжимаю их в кулаки.

- У моего наследника очень ненадежная мать. Слабое звено.

- Я никогда не предам сына."

"- Дура! – выдыхает мне в лицо Миша. – Верность хранят хозяину, а не его щенку! Ты должна ноги мне целовать. Из шкуры вон лезть, чтобы доказать свою преданность.

- Спать с другими, чтобы доказать верность? – Даже звучит абсурдно.

- А какая еще мне от тебя польза? – Жмет плечами муж.

- Я ращу нашего сына и представляю тебя на всех официальных мероприятиях.