Со дня на день Боровский вернется в нашу жизнь, и Роберту предстоит познакомиться с настоящим отцом.

- Я слышал, как один из дядей, сказал, что он от Германа.

- Да, он и правда так сказал... – делаю глубокий вдох. Как спортсмен перед началом выступления. – Помнишь высокого дядю, который помог тебе с дроном?

- Кажется, Клим или Глеб, - хмурит брови сын.

- На самом деле у него два имени. Одно Глеб, а другое Герман.

Решаю пока опустить, что Глеб – фальшивое имя. Роберт еще не поймет всех заумных схем Боровского. Да и я сама не уверена, что знаю о них до конца.

- Так мы едем к тому дяде?!

Глаза моего мальчика радостно вспыхивают, а на губах появляется улыбка. Наверное, первая за последние дни.

- Все так. Дома небольшие проблемы, и мы временно поживем с тем дядей в его доме.

- Круто! - хлопает в ладоши сын. – Он научит меня управлять дроном!

-Да...

Роберт резко разворачивается в сторону багажника.

- Мам, мы ведь взяли его с собой, правда? – спрашивает с тревогой.

- Подозреваю, даже если мы и забыли, то у дяди Германа найдется другой.

«Или он быстро купит тебе такой, какой ты захочешь», - добавляю мысленно.

- А как думаешь, он помнит про обещание? – Радость сменяется тревогой. – Папа постоянно забывал...

- Мне кажется, этот дядя никогда ничего не забывает. – За грудиной ноет. Собственные слова отзываются тупой болью.

- И можно будет не спешить домой? – с надеждой.

Я снова притягиваю малыша к своему боку. Глажу по курчавым вихрам. И подмигиваю.

- Нас теперь никто не сможет заставить делать что-то против воли. Никто! – повторяю и с шутливым «пип» жму на нос. – Вообще!

Прижимаюсь лицом к его макушке и вдыхаю любимый аромат."

"Несколько лет я шла к этому дню. Мечтала, как скажу сыну, что мы теперь свободны. И представляла нас двоих где-то на море – подальше от столицы, от прежней жизни и людей, которые окружали обоих.

Вместе с папой мы разработали план, как упечь Мишу за решетку и расправиться с продажными чиновниками, покрывавшими его много лет и способными добиться освобождения.

Отец сделал все, что от него зависело: создал специальную группу из самых верных людей, смог подготовить операцию по аресту и выбил для меня с Робертом место в программе защиты свидетелей.

До полной свободы оставалось подождать всего несколько дней – спрятаться у друзей, пока неповоротливая государственная машина перемелет Мансурова и его пособников. Взять новые имена, документы. Исчезнуть для всех.

Но сейчас...

- Приехали, - прерывает мои мысли водитель. – Вас уже ждут.

Он первым выходит из машины и открывает мне дверь.

- Это укрытие?! – открываю рот.

Передо мной не дом! И даже не закрытый жилой комплекс.