-Нехорошо тогда получилось.

Чуть не задохнулась.

-Хреново, Серёжа, хреново тогда получилось.

-Так чья это вина?! – за мгновение помрачнев, скалится он. Не могу поверить своим ушам. Жмурюсь, в попытке хоть как-то понять, что он мне сейчас сказал. Чья вина?!

Внутри сумбур, вулкан, землетрясение, пожар… Да там всё что угодно, но говорю, я спокойно. И сама же поражаюсь своему хладнокровию, неизвестно откуда взявшемуся во мне.

-Судя по вопросу, моя?!

-Я не хочу ругаться! - неожиданно твёрдо отрезает он, игнорируя наши обоюдные выпады.

Фыркаю.

-Поздно, милый, поздно, - вкладываю как можно больше яда в свой голос, из-за чего он мрачнеет ещё сильнее.

-Я просил меня дождаться…

-А я просила не уезжать…

Хотя вру, не помню, просила или нет. Но точно знаю, что не просила оставлять меня… нас.

-Месть? – хрипит он.

-Думай, как хочешь, - цежу я сквозь стиснутые зубы, разворачиваюсь и начинаю уходить прочь от него, правда, тут же чужие пальцы хватают мой локоть, резко разворачивая к себе.

-Я не окончил.

-Да пошёл ты. Зато я закончила. Всё. Вообще всё.

Очень хочется дать ему пощёчину, но я сдерживаюсь.

Устало вздыхает, как-то покровительственно, словно пытаясь с пониманием отнестись к моей накатывающей истерике, а я искренне надеюсь, что он её не понимает, не понимает, как ранит меня своим присутствием, своими словами.

-Оль, я вернулся в город. Скорее всего, навсегда, - говорит он твёрдо и почти спокойно, а у меня сердце в пятки уходить. – Короче. Я собираюсь жить здесь. А нам ещё Аню как-то расти… видимо вместе. А она переживает.

Эта его забота о дочери, бьёт сильнее всего за эти пять минут нашего несчастного общения. Звучит так, словно это я… порчу жизнь своему же ребёнку. Хочется ударить, ужалить, отомстить.

-И с этим ты тоже опоздал! Дочь-то выросла.

Его пальцы чуть сильнее сжимаются на моём локте, а я только сейчас понимаю, что он всё ещё держит меня.

-А вот тут тебя меня не в чем обвинить, а все эти годы поддерживал с ней отношения.

-Вот именно, что поддерживал. Звучит как полумера. Мнимость. Иллюзия… Ай.

Это Сергей на считанные мгновения потерял самообладание, и переборщил с силой нажима. Правда, стоило мне дёрнуться, и он тут же ослабевает хватку, да и вообще выпускает мою руку. Но вот глаза всё равно мечут гром и молнии.

Опять усмехаюсь.

-Не хочу я с тобой говорить. Не-хо-чу…

-Придётся, - практически рычит Измайлов.

А мне смешно. Почти. Или это истерика подкрадывается ко мне тихой сапой? И чтобы не поддаться ей, качаю головой, начиная пятиться назад.

-Время разговор давно прошло, - и чуть подумав, добавляю. – Милый.

Он не останавливает меня, а я резво разворачиваюсь, уходя как можно дальше от него и пытаясь вспомнить, куда там я изначально шла.

*   *   *

Она уходила. Быстро, нервно и как-то рвано. Будто убегая от меня.