Лучше просмотреть запись в одиночестве, мало ли еще какие сюрпризы там будут.

Но кровь Первородных это вам не вода. Девчонка опаснее, чем он думал. Роннар наверняка уже обвешал ее защитными амулетами, чтобы, не дай боги, кто-нибудь не посягнул на его сокровище. И сочетался браком, чтобы ее охранял закон. И стражу приставил из самых проверенных ньордов, и…

- Ты узнал, где ее поселили?

Лестор без объяснений понял, что он имеет в виду.

- Да, Ваша Светлость. Лиловые апартаменты.

- И почему я не удивлен?

Лиловыми назывались покои в личном крыле императора. Когда-то, задолго до рождения самого Армана, они планировались как супружеские, недаром же общая купальня соединяла две спальни. Но Роннар никогда не бывал там с Присциллой. Она не любила Ирриген, считала его слишком мрачным, слишком дождливым. Ей не нравился ни его вечерний туман, ни ночная прохлада, ни острые пики скал. Все время Владыка и его жена проводили в столице, и лишь когда она умерла, он удалился в родовую обитель.

За годы вдовства у него были женщины. Драконы охочи до плотской любви, такая уж у них натура. Но даже Рейну, продержавшуюся дольше всех, он не пустил в Лиловые комнаты."

"И вот теперь у этих апартаментов появилась хозяйка...

Арман машинально пощелкал ногтем по кристаллу, словно это могло подстегнуть его мысли.

Значит, венценосный племянничек сам себе роет яму?

Что ж, он не будет ему мешать. А когда наступит момент, чуть-чуть подтолкнет.

Но сначала убедится, что яма достаточно глубока, чтобы Роннар не выбрался из нее. Не так, как в прошлый раз. Больше никаких осечек.

Арман поставил кристалл обратно на стол. Абсолютно спокойный и собранный, словно и не было той мимолетной вспышки.

За окном уже рассвело. С улицы доносились резкие крики инкардов, цокот их когтей по столичной мостовой, голоса ранних прохожих и тонкий, изысканный аромат марципановых булочек, которые каждое утро пекли на кухне для Его Светлости.

- Можешь идти, Лестор, сегодня ты мне уже не понадобишься, - произнес он, отпуская слугу.

Оставшись один, герцог потянулся всем телом, разминая жилистое, как у всех даргов, тело. По его губам скользнула злая усмешка.

- Что ж, дорогой племянничек, - пробормотал он, активируя агрон, - я просто обязан засвидетельствовать свое почтение твоей новой жене!

***

Валенсия вернулась в Лиловые комнаты ранним утром, разбитая и усталая. Ноги ее почти не держали, мысли путались в голове. Для нее, не ждавшей от этой поездки ничего, кроме небольшого приключения, все случившееся оказалось настолько внезапным, что требовалось время, чтобы свыкнуться со своим положением.

Амина помогла своей госпоже подготовиться ко сну, задернула шторы, чтобы создать хотя бы видимость полумрака, а потом устроилась на «ночлег» в гардеробной, свернувшись калачиком на софе.