Имира разжала пальцы, и остатки того, что секунду назад было цветком, упали на землю.

- Мир гибнет, - жестко повторила она. – Только медленно, незаметно человеческому глазу. Распад уже начался и его невозможно остановить, если только… - Она пристально глянула на обескураженную девушку. – Если только не вернуть ему истинную магию.

- Но ведь эсмаев нет… - прошептала Валенсия, чувствуя стыд за то, что минуту назад расписывала достижения своих соплеменников. Имира была права. С каждым новым открытием, каждым новым усовершенствованием мир на один шаг становился ближе к бездне.

- Нет. Но есть такие, как ты. Кельфи. Люди боятся вас. Как боялись эсмаев, как боятся драконов. Но сейчас мы говорим о тебе. И о Роннаре.

Напоминание о муже заставило девушку вздрогнуть. И по серебряным нитям ее ауры алыми искрами пробежали отголоски испытанного наслаждения.

- Я вижу, ваши ауры сплетены так, что даже смерть не разлучит, - хмыкнула Имира, наблюдая за этой картиной, невидимой глазам простых смертных. – Этот дракон сделал все, чтобы ты стала его навек.

Ленси невольно поджала губы. Насмешливо-снисходительный тон наставницы ей не понравился.

- Вы осуждаете?

- Нет, девочка, что ты. Радуюсь за тебя. И в то же время грущу. Если бы не Роннар, не ваша роковая встреча, которой я так боялась… ты стала бы Избранной – той, что вернет истинную магию в этот мир. И я честно пыталась, чтобы все так и вышло. Но когда он пришел за тобой…

Она тяжело вздохнула.

- Я увидела смерть, пепел и разрушения, идущие за ним попятам. Если бы я тебя не отдала, он бы погиб, и трон Ламаррии достался другому. А через несколько лет новый император драконов вторгся бы Этрурию, а потом и в Ремнискейн. И на этот раз в войне никто бы не выжил. Ни драконы, ни люди. Вот такая история.

Последние слова она произнесла таким простым, будничным голосом, будто зачитывала ежедневный список обязанностей для послушниц.

А Ленси вспомнила, как герцогские мортиры бомбардировали Алмазного, вставшего на их пути. Он бы не смог долго сдерживать натиск. В конце концов, ему пришлось бы отступить или умереть прямо там, под стенами Раггенрока. И он это знал, когда шел туда.

Он готов был погибнуть, защищая ее семью.

Судорожно сглотнув, она пробормотала:

- Значит…

- Я выбрала меньшее из зол, Ленси. Я отдала тебя. Но не стала налагать запрет на твои силы. И ты доказала мне, что я поступила верно. Там, под стенами Раггенрока, я боялась, что ты сорвешься и уничтожишь гвардейцев твоего дяди. Но ты сдержалась. Такая воля достойна награды…

Ленси не успела понять, что происходит, как трава под ее ногами вдруг дрогнула и начала быстро расти. Вытягиваясь, оплетая ноги девушки, поднимаясь все выше и выше.