— Ты дрожишь, — заметил он, мимолётно коснувшись костяшкой указательного пальца моей щеки.

Я действительно задрожала. Щекотные мурашки будоражащей волной пробежались по всему тела и осели томительным теплом в районе солнечного сплетения.

— Отпустите, — попросила я.

— Как мне доверять тебе, Малика? — задумчиво проговорил он, проигнорировав мою просьбу. — Сначала этот медальон, теперь нападение на моего брата.

— Разве я прошу о доверии? Я не навязываю вам своё общество.

— Знаю, — кончик твёрдых губ дрогнул в кривой усмешке, и лишь рычащие вибрации его голоса выдали раздражение мужчины.

— И всё равно ты здесь.

Серебристые глаза потускнели, но тут же вспыхнули упрямым огнём. Дракон потянул меня на себя. Мягко, ненавязчиво, а я словно в прострации сделала шаг к нему. Ладонь наткнулась на твёрдые мышцы груди, сильные удары сердца отдались вибрацией в пальцах, подкрепляя новыми волнами дрожь, что раз за разом прошивала моё тело. Хватка на запястье исчезла, Рейнард склонил голову и впился в мои губы поцелуем. Он не удерживал меня, не касался, давая возможность отпрянуть, оттолкнуть его, сбежать. Но в голове стало так пряно, что все здравые мысли улетучились.

И я лишь замерла, пригвождённая к месту невероятными ощущениями его губ на моих губ. Поймав моё согласие, Рейнард приблизился. Сильная рука обвила талию, ладонь скользнула в волосы, начав распускать косу, а губы стали напористыми, жадными и голодными.

Не знаю точно, сколько это продолжалось, и даже не понимаю откуда нашла силы остановиться. Разгорячённые поцелуем губы алмазного скользнули по моей щеке, прижались к ушку, вызывая колкую щекотку. Он продолжал обнимать меня, пропускать сквозь пальцы распущенные волосы и совсем не спешил отпускать.

— Это твой первый поцелуй, Малика? — хрипло спросил он.

— Д-да, — призналась смущённо.

Великий Механик, что же я творю? Осталась наедине с мужчиной, позволила себя поцеловать. Да только кто нас осудит? Пора принять, что нравы Астрии иные. Думать нужно о другом. О том, что Рейнард — дракон. От него следует держаться подальше, если хочу сохранить свою тайну.

— Мне нравится. Очень, — произнёс он. — Ты мне нравишься, Малика.

— Я вижу…

Осязаю и сама это чувствую. Голова идёт кругом от его запаха, его близости, и что-то незнакомое просыпается в глубине подсознания.

Неужели, опять внутренняя сущность? Как не вовремя и опасно.

— Мне… мне нужно идти, госпо…

— Рейнард, — перебил он меня. — Наедине обращайся ко мне по имени, — попросил, нехотя от меня отстраняясь.

Серые глаза мерцали сотней эмоций. При взгляде в них бешено бьющееся сердце сбило свой ритм и ещё ускорилось.

— У меня новые условия, — внезапно заявил он.

— Было только одно…

— Это за подлунник, который я достану для Кайры, — усмехнулся он.