Так я и не поняла, что он хотел сделать для своего племени.

– Я знаю, потом объясню, – кивнула Солнышко. – А про меня он знал?

– Нет, не знал. Мы тогда разодрались немного… я хотела рассказать, что ношу яйцо, когда помиримся… но он вдруг стал таким странным, холодным – короче, извиняться не собирался.

– Это потому, что он дракомант! Когда они используют свою магию, то теряют часть души – ну, что-то, в общем, такое. Становятся злыми, рассеянными и даже, говорят, сходят с ума.

Тёрн снова остановилась, обернувшись к дочери. В чёрных глазах сверкнула досада.

– А я и не знала! Так вот в чём дело было… – Она задумчиво покачала хвостом. – Интересно, знал ли он сам? Наверное, должен был – но почему не сказал мне?

– А потом?

– Я боялась, что ночные узнают и прилетят за твоим яйцом, поэтому зарыла его в пустыне, а Бархана попросила тоже приглядывать. Откуда мне было знать, что он из Когтей мира? Хотя даже если бы знала, кому бы пришло в голову, что яйцо им может понадобиться?

– Сюда! – донёсся спереди голос Искра.

Белый дракон стоял перед потемневшей от времени деревянной дверью и отпирал её изящным золотым ключом.

Затем с силой нажал, и только тогда дверь приотворилась.

Протиснувшись внутрь, Солнышко поняла, почему. Насчёт беспорядка Искр нисколько не преувеличивал. Кучи свитков громоздились повсюду и даже завалили дверь. На полу маленькой квадратной комнаты валялись стеклянные пресс-папье и резные ониксовые ящерки. Если когда-то здесь и царил порядок, то очень давно.

– Огонь не слишком часто появляется в библиотеке, – объяснил белый дракон, обходя завалы со всей осторожностью и всё же обрушивая некоторые из них.

 – Не уверен даже, что она вообще сюда заходила. Да и наша мать была не самым аккуратным драконом на свете. Я как-то попытался тут прибраться – и, как видите, с огромным успехом.

Солнышко и Тёрн скептически хмыкнули хором. Искр усмехнулся.

– И как раз, когда прибирался, обнаружил, что у нас, оказывается, налажена целая система перехвата сообщений. Ну, то есть так было при королеве Оазис. Сестра и об этом, наверное, не знает. Одни наши драконы летают под видом гонцов, другие – нападают на настоящих.

В результате немалая доля переписки, которая идёт через пустыню, оседает здесь, и мы заранее узнаём о всяких заговорах и попытках мятежа. – Песчаный принц обвёл лапой груды свитков. – То-то мы удивлялись, откуда мать всё узнаёт. На всякий случай я систему отменять не стал, хотя читать это всё, конечно, некогда. Тем не менее одно письмо, с пометкой «передать Тёрн», запомнил. Куда же я его сунул? – Он раскидал громадную кучу, где, к удивлению гостей, обнаружился письменный стол, и обернулся.