Солнышко сжалась, почти ожидая, что тот откусит ему голову или предложит узнице им пообедать, но Искр спокойно опустил лапу, и воришка ловко взобрался по ней, продолжая щебетать ещё громче.

– Вот это да! – воскликнула Солнышко. Про королеву Пурпур она и думать забыла. – Какой хорошенький!

Воришка был похож на ленивца из радужного леса, но покрупнее, не такой пушистый и совсем без когтей. Густой тёмный мех покрывал только голову и спускался длинной гривой на плечи. Тело прикрывала тонкая белая ткань, подозрительно похожая на лоскут оконной занавески из главного зала, а через плечо висела такая же белая сумочка.

– Хорошенькая, – поправил Искр. – Вот и я так считаю… но кое-кто из здешних драконов мигом её проглотит, стоит только отвернуться. Она в безопасности только здесь, в коллекции. – Он поднял воришку, и они приветственно потёрлись носами.

– Откуда она у тебя? – с любопытством спросила Солнышко. – И почему ты зовёшь её Цветком?

Он осторожно пересадил зверька себе на шею, где тот уцепился за гребень передними лапками, ловко удерживаясь на задних, и стал подниматься по пандусу вдоль стены. Солнышко поплелась следом. Удобный случай сбежать, но входную дверь Искр вряд ли забыл запереть.

– Два десятка лет назад воришки нагрянули к нам в гости, – с усмешкой начал он рассказывать, – ты, должно быть, слышала. Этой единственной удалось уцелеть.

Двадцать лет назад? Солнышко не сразу поняла, что он имеет в виду.

– Погоди… воришки? Я думала, был только один, который убил королеву и унёс сокровища.

Она загляделась на громадный аквариум, окутанный зеленоватым сиянием, которое, казалось, исходило от самих морских существ. Здесь были невиданные рыбы с выпученными глазами и невероятным количеством плавников, клыкастые морские коньки, огромные фиолетовые слизни. Тварь, похожая на осьминога с несколькими десятками щупалец, деловито крошила раковины моллюсков и отправляла их содержимое в чёрный разинутый клюв.

Белый дракон покачал головой:"

"– Ничего подобного, их трое было. Двое удрали с добычей, а эта спряталась возле дворца, и мы её поймали. Огонь хотела насадить её голову на кол, но мне она понравилась, а в те времена за меня ещё было кому заступиться. – Он горько вздохнул, погладил крыльями воришку у себя на спине и снова их опустил. – Ожог возразила, что голова воришки на стене никого не впечатлит, а только будет напоминать о нелепой смерти матери. Цветочек понравилась и Пламени, она даже предлагала поймать ещё кого-нибудь и разводить их у нас. А братья сказали, что хоть что-то мне можно позволить сделать по-своему, потому что мать, пока была жива, на каждом шагу придиралась…

Он печально умолк, и Солнышко, взглянув на него, не решилась расспрашивать о королеве Оазис.