Махан напрягся, учащенно дышал, в полумраке было видно, как раздуваются его ноздри.

— Хреновое чувство, Белый, что мы тут не одни. Рядом еще кто-то есть, глядит за нами. Ни хрена не пойму.

— Не ожидал от тебя, Махан. — Белый укоризненно покачал головой.

Но и его зацепило. Он присел на корточки, стиснул рукоятку ТТ, стал осматриваться.

— Кто тут может быть? Дело верное, мы все предусмотрели. Это обычная перевозка денег. Нам сообщили бы об отмене. Хорош нервы мотать, Махан, из-за тебя мне тоже всякая лабуда чудится. За мента меня принимаешь? Расскажу архангельской братве, пусть смеются. И на хрена бы тогда весь этот спектакль устраивать? Давно бы вас всех перебили или живьем взяли… Черт, машина едет! Самое время, Махан. Командуй своими приблудными, чтобы не лезли поперек батьки. Без команды не стрелять! Я сам все сделаю, не хочу исправлять после вас.

Все случилось быстро, сумбурно, как-то странно. Это действительно была инкассаторская машина с деньгами! Свет фар плясал по переулку, озарял обшарпанный забор, горы мусора, собранные бульдозером.

На дороге обрисовалась колымага. Это был немецкий «Кюбельваген», приспособленный для перевозки раненых. Его кабина и кузов были обшиты стальными листами, и смотрелся он несуразно. Но толику безопасности экипажу такая защита, видимо, обеспечивала, хотя бы в плане самоуспокоения. Мощные фары прожигали темень.

Рыча и дребезжа, машина вошла в поворот, наткнулась на огрызок бетонной стены и встала. Водитель сделал попытку его объехать, заскрежетало железо. В кузове кто-то закричал, стал матерно ругаться. Шофер сдавал назад, но не вошел в колею. Машина снова на что-то наткнулась.

Были слышны отрывистые команды:

— Всем сидеть! Готовность полная!

— Ментов не убивать, если получится, — прошипел Белый. — Иначе эти черти взбеленятся, весь город обложат, и придет нам хана. Предложу им сдаться, если не захотят, тогда мочим всех, кроме шофера.

Распахнулась пассажирская дверь, на землю спрыгнул человек в форме с автоматом, взял его на изготовку. Он обогнул капот, пнул бетонный огрызок, осмотрелся, забросил автомат за спину, нагнулся и стал оттаскивать эту махину с дороги.

Белый выскочил из укрытия, выставил руку с пистолетом, побежал, заскочил в освещенную зону.

В машине кто-то тревожно закричал. Автоматчик у капота поздно спохватился. Ему удалось сдвинуть глыбу на метр. Он вскинул голову, увидел Белого, бегущего к нему.

— Это налет! Бросить оружие! Не шевелиться! Всем выйти из машины! — выкрикнул тот. — Кто ослушается, перебьем к чертовой матери!

Люди Махана бездействовали. Чего гоношиться-то? Пусть этот приезжий сам все сделает.

Автоматчик что-то выкрикнул, расставил ноги, оттолкнул Белого, прыжком метнулся за капот, стал стягивать со спины ППШ.