Далее причал, небольшой порт, доки, судоремонтное предприятие, не подающее особых признаков жизни. Четко просматривались две улицы — Береговая и Коминтерна.

Скалы местами уходили в глубь материка. Далее местность сглаживалась, и на многие версты простиралась сендуха, то есть тундра. Реки, богатые рыбой, множество озер, заболоченные низины, полчища комаров в летнее время. Климат суровый, влажность высокая. Ползучие полярные ивы, карликовые березы. Стелющиеся заросли голубики, морошки. Постоянные ветра, скудная освещенность.

Воевать в таких условиях, успешно сдерживать фрицев — очевидно, то еще удовольствие.

Андрей поправил лямку вещмешка и медленно двинулся вниз по тропе. Люди давно ушли, рассосались по поселку. Местность казалась вымершей, строения — необитаемыми.

Рука его машинально потянулась в карман за новой папиросой, но там была лишь смятая пачка. Он смотрел по сторонам, «фотографировал» все, что видел, загонял в память.

Он находился на территории, бывшей под оккупацией. Это не могло оставить равнодушным профессионального контрразведчика. Андрей Неверов не принимал участия в боевых действиях в этой местности, но многое знал, слышал от людей.

Летом сорок первого здесь шли бои, ошеломительные по своему накалу. Советские войска отступили от государственной границы лишь на несколько десятков километров, а на отдельных участках даже удержали ее. Немцы, как исступленные, штурмовали линию Мурманск — Кандалакша — Лоухи, надеялись захватить областной центр и перерезать Кировскую железную дорогу. Но уже к осени они сломали себе хребет. Кольский полуостров был занят ими лишь частично. Наступление на Мурманск захлебнулось."

"Немцы выдохлись, закрепились на плато и кряже Муста-Тунтури.

Линия фронта превратилась в самую настоящую цитадель с глубоко эшелонированной обороной — четыре ряда укреплений и заграждений. Окопы и траншеи вырубались в теле хребта, там же строились бомбоубежища, склады боеприпасов, штабы, госпитали, узлы связи. Монолитные скалы казались неприступными, щетинились орудиями, минометами, дистанционно управляемыми огнеметными установками. Немцы создали тут всю необходимую инфраструктуру, подвели дороги, электричество. Они пытались вести наступательные операции, некоторые из которых часто оборачивались неудачами.

В октябре сорок четвертого начался решительный штурм немецких укреплений, расположенных на хребте. Морская пехота наступала с нескольких направлений. 10 октября советские войска пошли на Муста-Тунтури. Особо отличилась 614-я штрафная рота капитана Рябцовского. Народу в ней было немало, аж 750 человек. Ей достался самый безнадежный участок — высота 260, господствующая над Малым хребтом. Цель атаки — отвлечь внимание противника от действий других частей.