И я окажусь нанизанной на его вздыбленный, уже пульсирующий между моих ног орган…

И тогда…

Тогда обратной дороги уже не будет!

— Прекратите, Филипп Станиславович!

Резко ударяю обеими ногами прямо в его мощный торс.

Отпускаю руки.

Изо всех сил пытаюсь уплыть. На самом деле хотя бы просто удержаться на воде!

Чувствую, как он сгибается. С шумом выдыхает сквозь сжатые зубы воздух, бормоча что-то явно неприличное.

И ладно.

Главное, что я одумалась! Сумела не поддаться!

Гребу изо всех сил. На полную мощность.

Фил явно остался позади.

Хватаюсь обеими руками за бортик, наконец-то выдыхая…

Как вдруг сильные руки хватают мои лодыжки.

Рогожин с силой дергает меня на себя.

Переворачивает, снова впечатывая в свое мощное тело.

Ну почему? Почему за эти годы он стал только лучше? Мужественнее. Мощнее. В сто раз сексуальнее! Это просто несправедливо! Не мог полысеть и обзавестись пивным животиком?

— Это что за игры?

В его глазах молнии. Ураган. Истинная ярость!

— Никаких игр, Филипп Станиславович. Просто… У нас с вами только рабочие отношения. Других быть не может! Понимаю. Возможно, вы привыкли к другому…

Так и напрашивается вопрос, а почему это он не со своей идеальной Викой тут воду рассекает? Но вовремя прикусываю губу.

Не хватало еще, чтобы Рогожин решил, будто я ревную!

Я же не ревную! Вот совсем! Ни капельки!

— К другому?

Фил тяжело дышит.

Ох, и очень я сомневаюсь, что это несколько гребков ему так дыхание сбили!

Серебряные глаза темнеют. Превращаются в черное расплавленное серебро.

— К другому, Ольга Николаевна?

Проводит по моей щеке рукой. Но это не ласка. Наоборот. Скорее, угроза.

— А вы? Вы сами к чему привыкли?

К тому, чтобы растить твою дочь одной? Каждый раз вспоминать тебя, глядя в ее точно такие же глаза? Ловя каждый, похожий на твой жест?

К тому, чтобы заставлять себя до сих пор не смотреть никаких новостей, в которых мелькаете вы, Филипп Рогожин? Перестать задаваться вопросом «почему ты так со мной»?

Вот к этому я привыкла!

И уж точно не к тому, чтобы твои мускулы играли под моей кожей!

— К нормальным рабочим отношениям, Филипп Станиславович, — цежу сквозь зубы. — Нормальные подразумевают…

— Нормальные!

Фил ударяет рукой по глади воды. Так мощно, что нас обоих накрывает брызгами. С ног до головы.

— Нормальные отношения не подразумевают поцелуев в машине под окнами дома! И цветов! И того, что вы ночуете здесь, чтобы быть все время под рукой у вашего босса! А еще… Еще они не подразумевают недостачи в миллион! Признайтесь.