Хотя в голове хаос из тысячи вопросов, которые хочется задать.

Холодов все так же хорош. Светлый свитер мягко облегает широкие плечи, джинсы выгодно подчеркивают длинные, сильные ноги. Лицо просится на какой– нибудь рекламный буклет.

– Не хочешь нас пригласить? Всю ночь в дороге. Голодные, – говорит, обрашаясь ко мне, но при этом не отрывает глаз от Игоря.

Тот не понимает, что происходит и лишь встревоженно переводит взгляд с меня на Влада, и обратно.

Я, впрочем, тоже не понимаю, что происходит.

– А вы, простите, кто?– зачем– то решает спросить Игорь.

– Ее будущий муж, – невозмутимо отвечает Влад, кивая на меня.

На кухне воцаряется тишина.

Олеся

После такого громкого заявления я тихо радуюсь, что ничего в тот момент не пила и не ела. Иначе непременно подавилась бы.

Стерва во мне требует громко ответить: "" Да кто за тебя пойдет?""

Но как взрослый, умный человек – молчу, стараясь придумать, как быть дальше.

Положение спасает Матвей.

Он обращается к девушкам:

– Полина, Саша, вы погулять хотели. Идем!

Андрей, который в силу возраста не слишком вникает в странности поведения взрослых, подскакивает от нетерпения со стула:

– А мне можно? Я тоже хочу! Возьмите меня!

Матвей косится на него с сомнением, однако на выручку мальчишке приходит Поля:

– Возьмем. Если тебя папа отпустит.

Игорь, который после ответа Влада как– то сник, начинает суетливо собираться. Я раньше за ним такого поведения не замечала.

Но останавливать соседа не стала. Нас ведь ничего с ним не связывает. А если Влад приехал, то поговорить с ним все равно придется.

Краем глаза вижу, как Матвей тычет кулаком в бок Саркисяна, смотрящего с тоской на накрытый стол.

Тимур замечает мое внимание и говорит:

– Я тоже пойду. Погуляю.

Мы остаемся с Владом вдвоем. Он внимательно меня разглядывает. А я не знаю, куда деться. Неужели я смущаюсь? До чего докатилась...

Неожиданно мужчина улыбается. Причем нормально так, по– доброму. Как будто и правда рад меня видеть.

– Ты та– а– ка– я стала, – тянет, улыбаясь.

Как и во всякой женщине, во мне живут тысячи сомнений.

Это замечание заставляет меня насупиться и уточнить:

– Какая? – причем переспрашиваю я максимально вредным голосом, что заставляет меня гадать, а я ли это вообще спросила.

Он улыбается еще шире, лучики морщинок собираются в уголках глаз, делая его старше, но вместе с тем на лице отражается мальчишеская беззаботность.

– Кругленькая, – ответ служит пищей для дополнительных копаний в себе.

А что он хотел от меня на восьмом месяце беременности? Чтобы я березку напоминала?

Когда я уже собираюсь всерьез и надолго обидеться, Влад шагает ко мне, притягивает к себе. Я чувствую его дыхание у себя в волосах. И не буду врать себе, что мне не нравится, что он меня обнимает.

Нравится.

В его руках мне хорошо.