Ещё пятнадцать километров до стоянки.

Поднимает руку, показывая мне знак ""ок"". Но трындеть явно не перестает, просто делает это тихо.

- Солода что ли там анимирует? - пытаюсь разглядеть я начало колонны.

Опять эта тройка! Радио, Честный и Солод. Дежавю...

- Такое ощущение, что Женя снова с нами идёт, да?

- Ага... - лыбится Танго. - Свадьба когда?

Пожимаю плечами.

Там с документами пока все непросто.

У меня внутри она моя жена уже. Мне печати для этого не нужны. Но я хочу, чтобы они были. Чтобы и в глазах всех остальных была жена. Чтобы была семья у нас. Чтобы она когда-нибудь захотела родить мне сына или дочь.

Раньше я категорически не хотел детей. Мой отец был военным, погиб. И дальше со мной происходило то, что происходило. И бы не доверил женщине своего ребенка. А значит, его не должно случиться.

Но Жене я бы доверил. Единственной.

День неожиданно подходит к концу. Мы останавливаемся над обрывом выше берега, в месте где пробивается горячий родник.

- Ну что - баньку по-черному? - агитирует всех Танго.

Суета, смех, маты, шутки...

Падаю на спину, закрывая глаза.

Люблю я эту атмосферу.

- А чего это у нас капитан Псих не работает вместе с группой? - подкалывают меня пацаны.

- А у нас сегодня дедовщина. Солод за меня!

- Аха-ха!

- Товарищи инструктора, как то совсем без еды кошерно. Может, хоть мед поищем? А то мы скоро медведя сожрем какого-нибудь.

- Медвежатину можно есть только в одном случае, Честный, если есть риск умереть с голоду. Там такие паразиты, что если подхватил, считай инвалид. И никакая термообработка на костре не спасет.

- Реально?

- Абсолютно. Человек без еды, на траве и воде выживает сорок дней. Вот на сорок первый разрешаю медвежатину.

- А жрать то хочется уже на первый...

- Добудь.

- Как?

- Рыба нерестится. Можно руками ловить...

- Группа рассчитывается на первый, второй, третий, - командует Танго. - Первые идут строить лежаки, вторые - баню, третьи - на рыбалку. И не жадничайте там...

Отрубает. Плаваю на границе сна, иногда приоткрывая глаза. И вижу что рядом у костра шустрит Солод, кипятя воду.

А кажется мне, что Женя.

Темнеет.

- Псих! В баньку давай! - орут мне с берега инструктора.

Упарившиеся розовощекие пацаны потихоньку стягиваются к костру.

Потягиваюсь... Провожу рукой по лицу.

Оброс опять как басурманин, одичал. А Жене нравилось...

Выпив стакан чаю, раздеваюсь и иду к бане. Прохладно... Рядом с ней пацаны разожгли костер, чтобы освещать речушку.

- Голые не тусуйтесь. Или - парьтесь, или одевайтесь и к костру, - прогоняю я последних.

Падаю в обжигающую баню на спину, вдыхая хвойный концентрат.

И, накалившись, с разбегу залетаю в прохладную воду.

С кайфом несколько раз ныряю против течения. А потом плыву в карман, к противоположному берегу, где бьёт горячий источник. Там можно как в джакузи посидеть. Только темно...