VI

25 января, воскресенье

Поляничко и Каширин стояли перед полицмейстером и смотрели в пол. Фен-Раевский взял лежащий перед ним объёмистый четырнадцатый том «Свода законов государства Российского», открыл заложенную матерчатой закладкой страницу и провещал:

— Позволю напомнить вам, милостивые государи, положения статьи 106 «Свода уставов о пресечении преступлений»: «Полиция обязана открывать безымянных сочинителей ругательных или иных для чести оскорбительных сочинений». Вы слышите «обязана»! Это значит, что вы свои обязанности на сей момент выполняете прескверно. Я ещё раз вас спрашиваю, почему преступник ещё на свободе и почему адресанта не арестовали, если на посылках стоит штемпель ставропольского главного почтамта?

— Ваше высокоблагородие, смею заметить, что наш агент, внедрённый на почту, не обратил внимания на эти посылки, поскольку он не может отследить все почтовые отправления. Он ждёт того, кто предъявит рубль с известным номером, — попытался оправдаться Поляничко.

— Он может описать этого человека?

— Никак нет. Посылки принимал другой служащий.

— Обратный адрес там был указан?

— Был. Мы его проверили, и оказалось, что мещанин Раболепов, проживающий на Ольгинской, 26, никакого отношения к отправлению посылок не имеет, — доложил Каширин.

— Хорошо. Допустим. Но какие у вас есть соображения? Как вы можете объяснить именно такое содержание посылок?

Наконец, полицмейстер опустился в кресло и предложил присутствующим сесть.

— Коллежскому асессору Бояркину, как вам известно, прислали пулю, гусиное перо, три серебряных гривенника 1908 года и покаянную молитву, отпечатанную на пишущей машинке. В конце приписано, что у него есть всего одни сутки, в течение которых сразу после получения его покаянного письма этот Слепень объявит так называемый милостивый манифест об освобождении от смертной казни. Ещё, — Поляничко пожал плечами и опасливо посмотрел на полицмейстера, — судье зачем-то положили кусок засохшего сыра с вилкой для мясной нарезки и шесть серебряных монет по пять копеек. Там тоже есть покаянная молитва об отпущении грехов, копия похожего письма-предупреждения, с той лишь разницей, что изменены фамилия, имя, отчество и чин…

— Вилку для нарезки?

— Ну да. Знаете ли, у неё два острых и прямых зубца и ручка без изгиба.

— Понятно. Продолжайте."

"— У врача оказалось две серебряные монеты по пятнадцать копеек и крысиный хвост. Приложена покаянная молитва о загубленных младенцах в утробе матери. Также ультиматум о применении милостивого манифеста в случае полного раскаяния. Можно предположить, что это всего лишь чьё-то хулиганство.

— Полагаю, что тридцать копеек серебром — намёк на тридцать сребреников.