Я смотрю в его глаза, светлые и ясные, совсем не такие, какими они были прошлой ночью. Куда уходят его мысли, когда он отключается? Это явно не какое-то приятное местечко.

– Обещаешь, что не позволишь мне упасть с этой штуки?

– Обещаю. – Он проводит большим пальцем по моей нижней губе. – Я подожду тебя снаружи.

Я смотрю на дверь, через которую он только что вышел, и удивляюсь, почему его близость так сильно на меня действует. Сказать, что Сергей красивый, было бы преуменьшением. Но так или иначе, он держит меня в плену в своем доме. Он не должен меня привлекать. Как раз наоборот. Встряхнув головой, я несусь наверх, в спальню, хватаю с кресла пару носков и кроссовки, свое худи и спускаюсь на улицу.

Я смотрю на огромный красный мотоцикл, припаркованный на подъездной дорожке передо мной, и обхватываю себя руками. Неа. Ни за что. Я даже велосипеды не люблю. Идея транспортного средства, передвигающего лишь на двух колесах, мне никогда не нравилась.

Сергей подходит к мотоциклу, перекидывает через него одну ногу, поднимает подножку и садится.

– Запрыгивай.

Он ему подходит. Мотоцикл. Интересно, как онвыглядит, когда отправляется на встречи. Надевает ли он костюм? Мне трудно представить его в брюках и пиджаке. Или с галстуком.

– Трусишь? – Он улыбается мне, и приятное тепло разливается по моему телу. Потребность быть рядом с ним пересиливает мое желание удрать со всех ног.

– Нет, – говорю я. Сделав глубокий вдох, я сокращаю расстояние между собой и этой штукой и забираюсь Сергею за спину.

– Вот, – говорит он и протягивает мне красный шлем.

Я осматриваю его, затем надеваю на голову. Я чувствую себя в нем гигантским муравьем.

– Обхвати меня руками за поясницу и держись крепче. Мы поедем медленно. Если ты захочешь, чтобы я остановился, просто дерни меня два раза, и я тут же съеду на обочину. Хорошо?

Наклонившись вперед, я припечатываюсь к его спине и обхватываю его руками, ощущая под ладонями твердый, как камень, пресс. Сергей надевает шлем и заводит мотоцикл, и, как только двигатель с ревом оживает, я вжимаюсь в его спину еще сильнее."

"Сначала я не могу думать ни о чем другом, кроме как о необходимости держать руки вокруг Сергея крепко сцепленными, но через некоторое время нахожу в себе достаточно смелости, чтобы открыть глаза и выглянуть из-за его плеча. Все не так уж и плохо. Он продолжает вести мотоцикл, и восторг пересиливает страх. Я никогда не увлекалась экстремальными видами спорта, потому что дома у меня было достаточно волнений из-за всех этих рейдов и беспорядочной стрельбы на нашей территории, но это… к этому я могла бы привыкнуть. Но больше, чем острые ощущения от поездки, на меня влияет близость Сергея. Прижиматься к его огромному телу приятно, и я, сама того не желая, вжимаюсь в него еще сильнее.