Олег собирает бумаги и встаёт.

- Вот и сюрприз будет для Ларисы. Не только же ей нас удивлять, - он подмигивает мне.

- А я могу завтра увидеть Никиту? - спрашиваю я."

"- Завтра, боюсь, нет. Завтра его адвокатом станет Измайлов. На пару дней, пока не будут дооформлены все бумаги. А пока, если помнишь, ты уволена. Отдохни. Я тебе сразу же позвоню, как все вступит в силу и ты сможешь вернуться в офис.

Глава 29.

В итоге на оформление ушло три дня. Все это время я провела дома. За окном шел дождь и по моим щекам катились слезы точно так же, как и капли по стеклу.

У меня было какое-то фиговое состояние. Ничего не радовало и хотелось только плакать.  Надо было выбираться из дома. Но никуда не хотелось идти.

Аппетита тоже не было. Мама буквально заставляла меня хоть что-то поесть, но еда редко потом оставалась во мне.

Мама начала беспокоиться за мое состояние и настаивала на визите к врачу. Но это было последнее, куда мне хотелось сейчас попасть.

Наконец, позвонил Олег. Он сообщил, что все готово и я могу снова возвращаться в офис. Предупредил меня, чтобы я не вела никаких разговоров с Ларисой. Это было совсем не сложно. Мы с ней и так не общались. И в конце обрадовал, что сегодня я могу, наконец, увидеть Ника.

Последняя новость и помогла мне прийти в себя. Я побыстрее закончила разговор с Олегом и побежала в СИЗО.

И опять почти час ожидания в душном коридоре. Господи, и за что все эти мучения? До последних событий чувство вины не покидало меня. Но теперь, когда я узнала правду о Ларисе и истинных чувствах ко мне со стороны Густава, мне казалось несправедливым, что мы с Ником вынуждены так страдать.

Ведь получается, что по сути каждый получил свое. Все равно все сложилось бы именно так.

Лариса ушла бы от Ника, а я все равно не смогла бы жить с Густавом. Даже ради принципов его папаши, что у них в семье не бывает разводов.

У меня не получилось бы переломить себя, запрятать свои чувства глубоко. Они все равно постоянно давали о себе знать.

И, вот, теперь, когда, казалось бы, что все встало на свои места, все летит верх тармашками, буквально выбивая у меня почву из-под ног. Неудивительно, что я так отвратительно себя чувствую.

Наконец, приходит моя очередь общения с подзащитным.

Я собираю всю волю в кулак, чтобы не показать Нику, как же мне плохо. Ему ведь ещё хуже. И я должна поддержать его, а не плакаться.

Захожу в знакомую комнату. Спустя пару минут приводят Ника. Стоит конвойному выйти, как я бросаюсь к нему на шею.

- Ник, - шепчу я и, все-таки, не сдерживаю слёз.

- Ну, чего ты? - он обнимает меня крепко-крепко.

- Прости, - я вытираю слезы и немного успокаиваюсь. - Как ты?

- А ты чего такая бледная? Я же тебе сказал, что все будет хорошо. Ты себя нормально чувствуешь?

Я лишь киваю. Зачем загружать его лишней информацией? Ему ведь гораздо хуже, чем мне.