Но я-то знаю, что все свои заводы и конторы он предусмотрительно переписал на жену и ее родственников. Я сам готовил документы по этим сделкам.

В одной из наших бесед я намекнул Краснову, что не прочь был бы занять кресло депутата гордумы. Он обещал подумать. Я знал, что «подумать» у такого человека означает сделать. Это был лишь вопрос времени.

Мы договорились встретиться на следующий день.

Войдя в ресторан на следующий день, я сразу же заметил крупную фигуру Краснова, сидящего за столиком в углу. Я и сам не мелкий, но даже по сравнению со мной фигура Краснова выглядит внушительно.

Борец в прошлом он и сейчас следит за своей физической формой. А ведь ему за полтинник.

- Здравствуй, Сергей, - приветствую я его, протягивая руку, и горжусь тем, что я – один из немногих, кто может называть его по имени.

- О! Здравствуй, Никита, здравствуй, рад видеть тебя, - он крепко жмет мою руку. – Садись, заказывай. Покушаем, поговорим.

Я сажусь за столик и делаю заказ. Официант убегает исполнять мои пожелания.

- Как сам? Как бизнес? – спрашивает Сергей, разливая коньяк.

- Грех жаловаться, - отвечаю я и мы, подняв рюмки, осушаем их."

"- А как ты? – спрашиваю я, закусывая лимоном.

- Тоже не жалуюсь, - весело отвечает Сергей. – Сын, вот, приезжает скоро. Густав.

У Сергея два сына и оба учатся заграницей: один в Англии, второй – где-то в Швейцарии. Какой именно приезжает, не понятно. Да, мне и не интересно.

- А ты не обзавелся наследниками? – спрашивает Сергей, даже не подозревая, что наступает мне на мозоль.

- Нет, - сухо отвечаю я.

- Не затягивай с этим, - по-отечески говорит Сергей, принимаясь за свое блюдо, которое перед ним бережно поставил официант. – Пока молодой, надо детей делать.

Чтобы с внуками успеть повозиться. А то будут к тебе приходить только для того, чтобы на коляске тебя покатать по солнышку.

Он смеется. Что мне ему сказать? Что моя жена еще не готова? Даже самому неловко становится за эту ее «неготовность». Как будто это я виноват, что она, живя со мной, не готова. Ладно, сменим тему.

- Ты хотел поговорить? – спрашиваю я и тоже начинаю пробовать результат работы местного повара.

Сергей кладет приборы, вытирает губы салфеткой и уже серьезно произносит:

- Да. У нас кресло освобождается. У одного гондона из непартийных, к счастью, в компьютере обнаружили детскую порнографию.

Тьфу, блять.

Лицо Сергея морщится.

- И откуда они только такие берутся? – задает он риторический вопрос.

Я лишь пожимаю плечами. Хрен его знает, откуда они берутся. Будь моя воля, я бы давно ввел принудительную кастрацию как раз для таких гондонов.

– Так вот, - продолжает Сергей, - ты говорил, что хотел бы занять кресло депутата.

Я киваю.

- Тогда это твой шанс, - Сергей опять принимается за свой обед, - но есть два условия.

Я внимательно слушаю.

- Первое.