Когда я говорила подобные вещи, на том конце провода было вполне понятное замешательство, потому что имя Андрея как довольно крупного бизнесмена на слуху у всего Сочи. Его считают глубоко порядочным, влиятельным человеком и любящим мужем. Милиция все же отреагировала на мой звонок и подъехала к дому, правда, в дом ее не пустила охрана. Поняв, что меня не могут спасти даже люди в форме, я стала хватать камни на пляже и кидать ими в наш стеклянный дом, надеясь, что стекла обязательно начнут биться. Но они оказались слишком прочными и глухими, точно такими же, как и сам Андрей. Я кидала камни до тех пор, пока не приехал муж, которого срочно вызвал охранник, не сумевший меня утихомирить и которому я заехала в ухо приличным булыжником. Увидев, что этот дом никогда не разбить, я стала кидать камни в своего мужа. А затем… Дорогой дневник, я плохо помню, что было дальше. Андрей все же сумел ко мне подойти, схватил меня в охапку, отнес в гостиную, сделал какой-то укол, и я провалилась в черную бездну. Очнулась я только в отделении милиции. Андрей ласково держал меня за руку, а я, словно в тумане, говорила, что я ужасная дрянь, самым наглым образом оговорила своего мужа, что в последнее время я стала много выпивать и совершать неадекватные поступки, что я обязательно исправлюсь и впредь обещаю не порочить чистую, ничем не запятнанную репутацию своего супруга. В отделении на меня смотрели сочувствующим взглядом, потому что видели во мне зажравшуюся жену «нового русского», мозги которой заплыли жиром и залиты мартини. Когда мы уехали из отделения и вернулись домой, я, как собачонка, упала на колени, стала хватать своего мужа за ноги и слезно просить его меня не бить. Я закрыла живот руками и сказала правду, которую тщательно скрывала: я беременна. Да, я беременна… Дорогой дневник, извини, что ты узнал об этом после Андрея, я и сама не была готова к этой беременности и не знала, что мне с ней делать, ведь я собираюсь расстаться с мужем. Но мои колебания были совсем недолгими, и я знала, что обязательно буду рожать. Тысячи женщин рожают и растят детей без мужчин, и я не боюсь примкнуть к такой громадной армии матерей-одиночек и вырастить своего ребенка сама. Дорогой дневник, знаешь, после того как Андрей услышал правду, он не стал меня бить, а лишь пригрозил, что если еще раз повторится подобное, он изобьет меня до смерти, потому что можно наносить удары, не касаясь области живота. И все же, несмотря на столь грубую фразу, известие о беременности подействовало на него положительно. В этот вечер он был особенно вежлив и заботлив. Мы гуляли по берегу, смеялись и разговаривали… В моей голове были двоякие мысли.