— Хаджар не единственный на этой горе, кто связан с…

— Но он единственный, — волк вернул любезность и перебил волшебника. — кто владеет Истинным Именем Севера.

Все тут же схватились за оружие, в воздухе закружились вихри терны и энергии, но Арнин даже не шелохнулся. Как и Хаджар. Только они вдвоем сохраняли невозмутимое спокойствие.

— Никто кроме нас не знает об этом, блохастый! — рявкнул Шакх, вокруг сабель которого показались искрящиеся песчинки.

— И я клянусь своим именем и честью, что унесу это знание к предкам, — кивнул волк, а его голос звучал чисто и искренне.

— И ты прав, маг. Я мог бы обратиться к тем, кто управляет льдами и снегами. Кто может призывать снежны метели и бураны. Кто слышит шепот горных бурь и штормом. Да даже ветер, которым пользуется Хаджар, далеко не самый морозный из тех, коими владеют другие горцы. И все же…

— И все же он единственный, кому подвластен север, — закончил за волка Артеус.

Арнин кивнул.

— Что же до твоего незаданного вопроса, — оборотень позволил себе небольшую насмешку и добавил. — Пустынный Волк, то последние двадцать лет я провел в слежке за самыми многообещающими горцами.

И так уж сложилось, что больше всего я склонен положиться на способности Хаджара.

— Следил? — фыркнул Шакх. — Эта долина одна из самых защищенных. Я постоянно патрулирую окрестности, не говоря уже о чарах Аретуса.

— При всем уважении, достопочтенные, — не вставая с табуретки, поклонился волк. — у нас у всех есть сильные и слабые стороны. Моя сильная сторона в том, чтобы оставаться незамеченным. Только так, будучи слабейшим из сыновей Феденрира, я мог выжить в стае.

На какое-то время все замолчали. Не то, чтобы факт владения Хаджаром истинным именем севера был каким-то сверхсекретным, но и распространяться о нем особого резона не имелось.

Тем более, что в отличии от имен, которые можно было использовать в бою, имя севера таких преференций, во всяком случае — существенных для уровня Небесных Императоров, не приносило. Несмотря на то, что оно являлось более масштабным и включавшим в себя многие грани сути севера, Хаджар оставался мечником.

Он не был сведущ в волшебных искусствах и умениях подчинения всей силы слов. Артеус как-то пытался помочь и объяснить. Даже потратил на это пять лет.

Но, практически, безрезультатно. Может, если бы у Хаджара имелось в запасе несколько тысяч лет. Хотя бы четыре или пять. Он смог бы в полной мере овладеть Севером, но… время играло за другую команду.

— Нарнир сражался с Хаджаром, — внезапно прошептала Лэтэя. — он мог почувствовать в нем имя Севера.

Арнин снова кивнул.

— И когда стая не смогла найти меня, — на этих словах оборотень немного вздрогнул, но взял себя в руки и продолжил. — то вожаку ничего не стоило сложить эти два нюанса.