Предположения даже у тех, кто способен к магическим прогнозам, сбываются далеко не всегда, — осторожно заметила я.

— Порой ситуация настолько прозрачна, что минувшие события не нуждаются в доказательствах, — все так же горячо заявил мой собеседник.

И я была с ним согласна. Бывает и такое. Зачем далеко ходить, яркий пример — мэтр Берч в Рорк-холле. Его деяния довольно прозрачны, но трудно доказуемы. То, что увидела я, отчего-то не обеспокоило мужа. И вывести наглеца и преступника на чистую воду будет очень нелегко."

"— Кроме того, я сам видел, как Извур писал в королевскую канцелярию кляузы на деда, — продолжил Дирк.

— И твоего деда сняли с должности? — ахнула я. Судя по картине, Онульф Тайри был человеком почтенного возраста.

— Не успели, — буркнул парень. — Проверку прислали, редкую книгу у нас дома нашли. А ведь Извур приходил накануне и вполне мог ее подложить. Деда тем же вечером хватил удар. Он любил и гордился своим делом. Для него подобное подозрение не просто позор, это удар по репутации.

— Соболезную. Я совсем недавно потеряла отца и до сих пор оплакиваю его в своем сердце. Терять близких всегда тяжело.

— Близких тяжело, — согласился Тайри. — А мама? Твоя мама жива?

Я покачала головой.

— Нет, она умерла, когда давала мне жизнь.

— Как и моя. Выходит, ты тоже сирота. Шортера я в расчет не беру. Если бы не мой магический дар и королевский указ о сохранении магической крови, он никогда бы не признал меня.

— Не будем о грустном. Жизнь продолжается, а наши родные живы, пока мы храним в своих сердцах память о них, — попыталась закончить неприятную для нас тему я. — Так почему все же последний хранитель?

Дирк замялся, потом как-то оценивающе на меня посмотрел и спросил:

— Дай магическую клятву, что никогда и никому не расскажешь то, что сейчас услышишь, и никогда не раскроешь тех секретов, что я поведаю тебе!

— Клянусь! — я прошептала текст простенького заклинания и выпустила искру из своего блеклого колечка.

Тайри тут же обратил на него внимание.

— Совсем нет возможности кольцо сменить? — тут же поинтересовался он.

— Оно мне дорого.

— Понимаешь, без хорошего талума не выжить. Справедливости в мире нет, есть лишь сила. И лучше не быть слабым.

О, пресветлые! Сколько же горя и страданий нужно было вынести, чтобы появилась такая жизненная философия? Но ведь при этом Дирк остался добрым и отзывчивым парнем. Если, конечно, к нему относиться с искренностью и пониманием. Что-то мне подсказывало, что и врагом он может быть беспощадным.

— Понимаю, — вздохнула я.

— Ладно, не дрейфь, Лисси. Что-нибудь придумаем! — Тайри мне подмигнул и, кажется, принял в семью. А я…

Я не возражала, потому что у меня хотя бы Верея есть, а у него только боль по ушедшим дорогим людям.