— Боюсь, нам придется справляться самим, лорд Дин. Королева ясно дала понять, что драконы ничем нам не смогут помочь, кроме того, что уже дали. Мы должны исправить их ошибки.

— Еще, Лис… Еще! Что еще она тебе сказала? — потребовал Демиан.

— Руны должны пылать, сердца гореть, а души освещать путь, — ответила я. — О, Пресветлые! Это все… все, что мне известно.

— Соединенные в одну… — повторил герцог. — Зак, где твой амулет?

— Разумеется, под одеждой, — ответил ректор.

Он был спокоен, видимо потому, что не видел того, кто направлялся к нам. Не думаю, что темного бога удержали бы стены и перекрытия. Проклятый прорывался сквозь пространство. Я все еще видела его словно сквозь призрачную завесу, но разрушения в зале были уже вполне реальными. Значит, времени оставалось все меньше.

— Раздевайся! — скомандовал Демиан.

— При ее светлости? — округлил глаза ректор, и в лучшие времена я бы, наверное, рассмеялась, но сейчас на Закари и его тело мне было откровенно плевать, а вот на дракона, наполовину протащившего свою тушу в наш мир — нет.

— Переживет, — отмахнулся супруг. — В конце концов, что она там не видела? Расстегни рубашку!

Раздался такой треск ломающегося паркета, что лорд Дин поостерегся возражать и, сбросив камзол, стал спешно сражаться с пуговицами.

— Значит так, три мага есть, три артефакта есть, остается все это соединить! — стал перечислять герцог. — Лис, ты как? Сама стоять сможешь? Зак, ты в середину. Мы должны соединить руки с перстнями на артефакте Динов и… свет рассеет тьму, добро рассеет зло, любовь рассеет ненависть. Так, кажется, написано в скрижалях Пресветлых? Нам полагается думать о самых счастливых моментах, происходивших с нами, вспомнить и возродить самые светлые чувства, которые мы испытывали… Что?

Демиан посмотрел на меня. Да, я тоже на него смотрела и гордилась им очень-очень.

— Поверь, Лис, мне тоже сильно не нравится, что тебе придется трогать постороннего обнаженного мужчину, но…

— Переживу, — ответила я. Не время для семейных разбирательств.

— Щ-щ-щ-щеловеки-и-и-и-и…. — прошелестело над залом, и, клянусь, ректор на этот раз прекрасно услышал глас темного бога. — Бес-с-с-с-сполесные с-с-сосданья… Вас-с-с ш-ш-шдет с-с-с-смерть…

И вот сейчас кровь застыла в венах не только у меня. Не сговариваясь, мы возложили руки на синего дракончика, покоящегося на груди Дина. Уверена, каждый из нас старался, как никогда в своей жизни. Я точно! Да мне и выбирать особо не приходилось. Улыбка отца, мягкая грива Вечности и бесконечная любовь к моему солдафону — вот мои главные ценности, самые светлые моменты…

И…

Руны на кольцах вспыхнули, разгоняя сковавший нас холод. Они лучились, грели, сияли.