— Чудесно выглядите, баронесса, — герцог был мил и галантен, и, наверное, в этот самый момент лобызал «змейке» ручку. — Впрочем, как всегда…

Надо же, со мной с таким придыханием он никогда так не говорил, даже когда уверял, что жить без Лисси Бьорн не может. И потом, «не верь глазам» — это ведь совсем не одно и то же, что «не верь ушам», правда? А интонации диалога я хорошо улавливала.

— Какая приятная неожиданность, ваша светлость! — пропела Шеридан. Патока так и лилась с ее языка. Такая густая и сладкая, что можно вместо сиропа в пирог добавлять. — Признаться, не ожидала вашего столь изысканного приглашения после нашей последней встречи.

Демиан рассмеялся. Звучало вполне искренне.

— Вероятно, я был излишне категоричен, Кларисса, — приглушив тон почти до шепота, ответил он. Могу поспорить, еще и глазами ее пожирал в этот момент! — Надеюсь, небольшое недопонимание в прошлом не помешает нам остаться друзьями?

— О, Демиа-а-ан… — протянула мерзавка Шеридан.

Ее послушать, так вполне можно представить, что они так не разговаривают, а занимаются тем, чем отцовская горничная с лакеем на конюшне. И я сейчас говорю не о конных прогулках, а о том, о чем леди Грейс мне даже вспоминать запретила. По крайней мере, до замужества! Ой… Но я ведь… в некотором роде того… то есть, там… то есть, замужем. Это меняет дело! И значит, мне уже вполне можно об этом вспоминать и даже иногда говорить!

— Я прощен? — с надеждой прошептал супруг.

— О, да-а-а-а…

Все! Все! Я не могу это слушать! У меня, между прочим, магическая сила из-под контроля выходит. А если совсем разозлюсь и наложу на баронессу что-нибудь древнее и неотвратимое? Например, «драконью цингу». А что? Ей пойдет одутловатая кожа, коросты и гнилые зубы.

Почему меня так раздражал тот факт, что Демиан стоит там и любезничает с этой «змейкой»? Почему? Ответ очевиден. Ты, Лисси Торнборн, уже давно присвоила себе этого мужчину, приняла его всем сердцем, а недавно даже слилась душой. Пусть всего на несколько мгновений, но они перевернули все с ног на голову. Парадокс заключается в том, что ты не сможешь его отпустить. Не сможешь от него отказаться и прогнать. Но и принять сможешь только на своих собственных условиях. А для этого чудовищно мало сказать «я весь твой». Слова подкрепляются поступками, иначе цена им медяк в базарный день.

И, главное, я понимала, для чего Демиан встретился с баронессой, для чего играет так старательно и правдоподобно, но было так больно, словно мою плоть резали по живому без всяких магических обрядов. Конечно, Кларисса Шеридан хитра и опасна, а принимая во внимание, что она весьма сильный маг, не стоит доводить до открытого противостояния. Вокруг адепты, которые могут пострадать. Да и не каждый преподаватель способен дать отпор баронессе.