Более того, это не простое любопытство, а необходимость, продиктованная обстоятельствами.

Но Георг оценил и мое желание знать, и намек на родство, и настойчивость. Он сейчас напоминал кота, которого обкормили сметаной и сливками — слишком довольный, блаженно прикрывший глаза от переполнявшего его счастья. Мне же было смешно, я даже немного жалела монарха. В душе, где-то очень глубоко. Ну в самом деле, кто в здравом уме жалеет правителей? И все же, я ему сочувствовала, ибо он совсем отчаялся вырастить из брата достойного приемника и дальновидного политика, а сейчас воспрянул духом, потому что увидел все необходимые ему качества во мне.

— Условие простое, дорогая сестра, — в тон мне откликнулся Георг. А наше родство становилось все прочее по мере беседы. — Для заклинания нужна сила двух парных артефактов, собственно, надетых на пальцы представителей самой этой пары. И, если с мужским перстнем проблем не возникает никогда, потому что оно всегда находится в семье Рорков, то с женским все обстоит гораздо сложнее. «Слеза королевы» сама ищет себе владелицу и зачастую отсутствует в сокровищнице рода.

Но сегодня ночью все совпало, и Демиан смог объединить ваши сознания, чтобы усилить мощь и магическую силу. Вы ведь вступили в бой с врагом, которого, кроме вас, Мелисса, больше никто не мог видеть, не так ли?

— Так, — ответила я. Король впервые назвал меня по имени, совершенно по-простому, по-родственному, а значит, принял меня как равную. Окончательно и бесповоротно.

Что ж, ночь еще толком не закончилась, рассвет за окном лишь занимался, а я успела выиграть несколько сражений.

— Брат сообщил мне что именно видел вашими глазами. Он узнал в маге, который управлял тьмой, советника императора Ондории, но не понял, что за сущности, способны жить во мгле. Я понимаю, что речь идет о происках проклятого бога, но не представляю, как он смог проникнуть сквозь печати Пресветлых. Признаться, три года вместе с вашим покойным батюшкой мы пытались бороться с тем, что лежало на поверхности, а поражение давно пошло вглубь. И пределы распространения заразы мне неведомы.

Зато я представляла эти пределы — гибель всего живого на Ландоре.

И весьма печально, что почивший Джас Мор это так и не понял, проклятый бог использовал его как разменную монету, а наверняка обещал могущество."

"— На всякий случай, я приказал гвардейцам Рорк-холла вместе с придворными магами прочесать окрестности, но боюсь, даже солдат Ондории они не найдут, — дополнил рассказ герцог.

В этом Демиан был прав, потому что потерянные, зараженные злом души бесновались, и нападали на каждого, кто оказался вне защиты Пресветлых.