Протираю кожу спонжем и наношу немного тонального крема и румян на щеки. Каждый день у меня капельницы с микроэлементами, но цвет лица все равно какой-то серый, нездоровый и тусклый. Наверное, это еще и от переживаний за Алину.

Десять дней в реанимации моя девочка, и прогнозов, сколько она там еще пробудет, никто не дает. А потом операция, восстановительный период… Не знаю, откуда брать силы и уверенность в благоприятном исходе. Понятно, что вера должна быть, в первую очередь, в нас самих, но сейчас моя жизненная энергия на исходе.

Подхожу к кровати и смотрю на смятую простыню.

Надо бы сменить постельное белье. Попрошу медсестру принести новое. Потею сильно. Каждую ночь. И молоко без конца приходит и приходит, его столько, что я и двоих могла бы выкормить.

Двоих…

Опять вспоминаю свои сны и мальчика, который приходит ко мне. Он чем-то похож на Бусинку, и от мысли, что это ее родной брат, становится нестерпимо больно.

Я зажмуриваюсь, не позволяя слезам вытечь из глаз. Собираю волосы в высокий хвост и выглядываю в окно. Погода стоит солнечная, на улице тепло. Вот бы немного прогуляться вместе с Алиной...

Представляю, как мы с ней будем проводить время в парке или в саду за домом.

Ветер будет ласково обдувать мое лицо, а малышка — безмятежно спать в коляске и дарить свои довольные улыбки. Я буду смотреть на нее и сиять от счастья, что все плохое осталось позади.

Господи, поскорее бы это случилось! Так хочется передышки и безмятежности.

От приятных фантазий меня отвлекает звонок.

Ильмира каждый день интересуется моим здоровьем и тем, как поживает Бусинка. Рассказывает о курсах и своих буднях, чем здорово отвлекает. Мы подолгу болтаем. С Викой и Катей я так не могу.

Даже не призналась им, кто отец моей дочери.

— Ну все, завтра созвонимся. Расскажу, что нового было на занятиях. От Сергея тебе привет.

— Спасибо, — радостно улыбаюсь.

Мы прощаемся с Ильмирой, и я собираюсь позвонить Андрею, узнать, всё ли у него в порядке. Он обещал прийти вчера, но лишь написал короткое сообщение, что неважно себя чувствует и останется дома, после чего пропал.

Однако набрать Андрея не успеваю: дверь в палату открывается и на пороге появляется мама. По одному взгляду на ее бледное озабоченное лицо становится понятно, что она без настроения.

И вчера было то же самое, что на нее совсем не похоже.

— Ма-ам... — Я откладываю телефон в сторону. — Что случилось? — прямо спрашиваю, не собираясь ничего додумывать и строить предположения.

В жизни может произойти все, абсолютно все. Со мной, с кем-то из близких. И лучше сразу узнать правду, какой бы она ни была. Я получила отличный жизненный урок — никого и никогда не обманывать — и выучила его наизусть.

Мама тяжело вздыхает и садится на стул. Я начинаю беспокоиться пуще прежнего.