Звоню, чтобы запретить тебе и дальше лезть туда, куда не стоит. Твой сын - это только твой сын. Он не внук моих родителей. Он мне никто. Так что на этом всё, Вик. Я не потерплю вмешательства в мою жизнь и жизнь моей семьи.

Серебров сказал это, и в душе его разлилось… облегчение. Такое, какого не ощущал уже давно. Вика же молчала, но трубку класть не спешила.

- Хм, а ты уверен в том, что имеешь право говорить за всех? За своих родителей, например? - всё же спросила она тихим и, как ему показалось, угрожающим тоном.

Даже холод по спине побежал от того, как прозвучали эти слова.

- Уверен, - отрезал Ян. - Они тоже не хотят никаких контактов ни с тобой, ни с твоим ребёнком. На этом всё.

Он собирался положить трубку, когда вдруг Вика заговорила - торопливо, будто зная, что Серебров может сначала прервать разговор, а потом сделать так, что она никогда ему не дозвонится. Что, собственно, Ян и собирался сделать.

- Зря ты так. Только не подумай, я не для того говорю, чтобы напомнить тебе о прошлом… о том, как была рядом с тобой. Просто вдруг ощутила себя такой одинокой. А вы мне как семья. И я хотела, чтобы у Яна моего тоже была семья.

- На этих словах фоном послышался крик ребёнка. - Бабушка, дедушка… папа. Тем более, что и Владлен Борисович вот мне звонил… интересовался. И мне теперь очень крепко нужно подумать - пойти у тебя на поводу, или у интересов своего сына. Прощай.

Голос Вики и плач стихли. Ян убрал трубку от уха и посмотрел на экран. Вика завершила разговор, но если минутой назад ему это казалось желанной точкой, то теперь с ужасом, вызывающим лишь оторопь, он осознал - это было многоточие в их бесконечный, чёрт бы её побрал, истории.

Потому что Плюснова, кажется, не собиралась отступать.

И только что сказала ему об этом прямым текстом."

"- Ян… на тебе лица нет! - ужаснулась мама, когда вернулась из детской. - Что-то произошло? Врач сказал, что всё плохо?

Она побледнела и схватилась за сердце, Серебров тут же бросился к ней и, усадив за стол, поспешил заверить:

- Всё в порядке. Обычная простуда, но анализы надо будет сдать.

Он замялся, и когда мама с облегчением выдохнула, спросил:

- Ты в курсе, что отец звонил Вике? И если да - когда это было? Сегодня?

Мать воззрилась на него с изумлением, таким, по которому сразу стало ясно - для неё эта информация тоже сюрприз.

- Я ничего не знаю… а что стряслось, ты можешь сказать?

Серебров ощутил то, что ещё не успело сформироваться в голове, но сначала сдавило грудную клетку, а после - стало распирать её до острой, почти непереносимой боли.

- Я звонил Вике, чтобы сказать, что лезть к нам не стоит.

Ян вдруг понял, что это за чувство. Потребность прямо сейчас поехать к Арине. Увидеть её, просто побыть рядом. Ему и не нужно было большего.

- Позвони отцу, пусть приедет.