- Мам! А папа меня в садик отведёт, а потом тебя на работу отвезёт! - радостно возвестил Кирилл, уже одетый и вертящийся рядом с Яном в прихожей, когда я нашла силы покинуть своё убежище.

Про то, что случилось между мною и его отцом, мы с сыном не говорили. Но я держала в голове ещё и то, что мне придётся объяснить Кириллу, почему его родители не будут впредь жить вместе.

- Вот как? - сложила я руки на груди. - Вообще-то такие вещи стоит обговаривать прежде всего со мной. - Эти слова я обратила уже к Сереброву.

В мыслях снова появился страх, что если сейчас позволить Яну отвезти Кира в садик, у мужа может возникнуть желание забрать сына и шантажировать меня им.

Но я ведь не смогу это контролировать. Не сумею днями сидеть возле ворот детсада цепным псом и ожидать подвоха со стороны Сереброва.

- Ты выглядишь приболевшей, - тихо сказал муж, шагнув ко мне и понуждая отступить.

Как только я сделала шаг назад, на лице Яна появилась болезненная, полная горечи усмешка.

- Да. Подхватила какой-то вирус, - соврала мужу, и, когда он насторожился, отмахнулась: - Но уже лучше. Так что отвези Кира в сад, а я дома посижу, долечусь.

Я лгала, и, судя по виду Сереброва, он прекрасно это понимал. Мне так и представлялось, как в его голове происходит работа мысли, когда он раздумывал - настоять ли на том, чтобы отвезти меня к врачу, или же просто согласиться с теми малыми уступками, на которые я пошла.

- Идёт. И если вдруг станет хуже - сразу меня набери, - сказал он, после чего повернулся к сыну: - Собирайся, Кирюх. Едем в садик.

Мне хотелось выдать что-то вроде предостережения. Уведомить мужа, что я буду начеку, и если вдруг Кир до места назначения не доберётся, подниму на уши всех, включая министра МЧС.

Но вместо этого я стояла и боролась с дурнотой. А как только за мужем и сыном захлопнулась дверь, вновь метнулась в ванную и склонилась над «белым другом».

Меня обильно вытошнило и стало легче. Ещё не хватало и впрямь прихватить какую-нибудь инфекцию! Устроить себе каникулы постельного режима - последнее, чего не доставало для личного счастья.

Нажав на смыв, я присела на бортик ванны и прикрыла глаза. Пыталась вспомнить, когда у меня в последний раз были женские дни, но не могла.

И почему я вообще об этом думаю? Это последнее, о чём вообще стоило помышлять.

Когда сердце с силой забилось в горле, а паника, объявшая меня, стала нестерпимой, я вскочила на ноги и принялась лихорадочно копаться в ящиках тумбы под раковиной. Где-то должен был лежать тест на беременность. Тот самый, который остался, когда у меня была предыдущая задержка. Гормональный фон оставлял желать лучшего, сбои происходили часто. И именно потому, что мне нельзя было больше заводить детей, я запаслась тестами.