«Сейчас начнется…» — вздыхаю тяжело.

И точно.

— Ты хоть понимаешь, что натворила?! — влетает муж в гостиную. Его голос сочится дикой злобой.

Я стою у окна в гостиной, спиной к входу и Артуру.

— Я натворила? — стараюсь не повышать тон, но это дается мне непросто. — Не ты ли мне изменил?

— При чем здесь это? — Артур подходит ближе, и я сразу чувствую запах алкоголя. — Во-первых, ты оставила меня одного с кучей гостей, и мне пришлось оправдываться, куда ты делась.

— Позвал бы свою Лану, объяснили бы вместе. Уверена, любые вопросы отпали бы в мгновение ока.

— Не ерничай, Ева! Я даже уехать не мог, пока все не разъехались.

Честное слово, в такой ситуации гости беспокоили бы меня меньше всего. Тут семья разваливается, а ему, видите ли, пришлось искать отговорки. Пусть благодарит, что я рассказала все только Льву, а не взяла микрофон и произнесла тост за новую музу господина Орлова, моего почти бывшего мужа.

— Тебя волнует только это? — диву даюсь.

— Не только! — орет муж. — Ты подставила меня перед Аристовым, хотя знаешь, что эти инвестиции были мне важны!

— Важнее, чем наша семья? Важнее, чем двадцать лет брака?

Я наконец поворачиваюсь к нему, смотрю на его искаженное яростью лицо и не узнаю человека, с которым прожила столько лет.

Желудок сводит от болезненной судороги, а голову до пульсирующей боли сверлит мысль: когда развалилась наша семья и как я это пропустила?

Я смотрю на догорающий в камине огонь. Мучительно больно осознавать, что двадцать лет совместной жизни сгорели за одну неделю, совсем как дрова в камине. А может, они давно стали пеплом, просто я не хотела этого замечать?

Муж молчит, шумно дыша за моей спиной, а до меня окончательно все доходит.

То, чего я раньше не замечала, не понимала.

— Вот почему ты так старался, чтобы я не отменила юбилей, да? — шепчу, а во рту снова противный привкус горечи и разочарования. — Ради инвестиций от Льва?

— Ты довольна? — рычит мне в лицо муж, отвечая вопросом на вопрос. — Довольна тем, что все разрушила?

Он хватает с полки над камином нашу свадебную фотографию в рамке и с силой швыряет ее об стену.

Звон разбитого стекла режет слух.

— Я разрушила? — Мой голос дрожит от обиды и гнева. — Это ты все разрушил, Артур. Не я.

— Лев отказался от сделки! — продолжает греметь муж.

— Разве я сказала ему неправду? — Горький смех рвется из моей груди. — Или станешь утверждать, что у тебя с Ланой ничего нет? Хочешь, чтобы я продолжала играть роль примерной жены, пока ты кувыркаешься с ней за моей спиной?

— При чем тут наши с тобой отношения и Аристов, Ева? Мы бы со всем разобрались наедине. Это бизнес, черт возьми! Просто бизнес! — Артур в отчаянии запускает пальцы в волосы, затем начинает нервно ходить по комнате, и его руки дрожат.