Марори пообещал себе, что так и быть – сейчас она побудет послушной, но, как только дознаватель уйдет – не слезет с матери, пока та не расскажет все. Ведь не просто так этот господин удивился ее неведению.

– Лорд Ардей, ваш визит – большая часть, – Налия Милс замерла в глубоком поклоне. На место строгой женщине с властным характером пришла смирная законопослушная горожанка. Марори не могла не отметить, что впервые видит мать такой.

– Налия, – ленивым жестом он позволил ей распрямить спину, – сожалею о твоей утрате. Грегори был хорошим человеком, Светлые с радостью раскрыли для него ворота Небесной обители.

– Уповаю на это, лорд Ардей. Желаете чаю или кофе? Прошу простить неучтивость Марори – она с семи утра за прилавком, устала.

– Пустое, это я послал ее за тобой. Признаться, ее неведение огорчило меня.

Марори напрягла слух, боясь дышать, чтобы не упустить ни одного важного слова.

Женщина побледнела и выпятила подбородок, как делала всегда, если чувствовала за собой вину. Но даже в таком состоянии Налия Милс обычно не оправдывалась, а шла в атаку, если не забрасывая собеседника встречными обвинениями, то резко меняя тему разговора. Но не в этот раз.

– Грегори и я. Мы подумали, что время не пришло, выжидали удобного момента.

– Выжидали? – Он вопросительно вскинул бровь.

– У Хранителей равновесия не было на этот счет конкретных указаний, – поспешно дополнила женщина.

– Удобного момента? – рискнула вмешаться Марори.

Взрослые одновременно наградили ее сердитыми взглядами, после чего дознаватель предложил Налии найти для дочери какое-нибудь занятие, потому что предстоящий разговор не предназначен для ее ушей. Марори попыталась воспротивиться, но мать буквально силой вытолкала ее за дверь.

– О чем мне не сказали?! – зашипела Марори.

Вместо ответа Налия Милс плотно закрыла за собой дверь. После непродолжительной борьбы с совестью Марори припала ухом к дверной щели, силясь услышать хоть что-нибудь, но тщетно. С той стороны будто вакуум образовался: ни звука, ни полслова.

Раздосадованная, Марори уселась прямо на пол, намереваясь дождаться мать и вытребовать у нее ответы на все вопросы. Даже если ради этого придется окончательно превратиться в самую неблагодарную дочь.

Время тянулось медленно. Настолько, что она успела не единожды прокрутить в голове все мыслимые и немыслимые предположения. Большая их часть попахивала откровенным бредом и чертовщиной, остальные требовали больше информации. Совершенно точно Марори знала одно: у ее совершенно непримечательной семьи в прошлом были дела с Хранителями равновесия. И она, Марори, каким-то образом имеет к ним отношение. Почему дознаватель интересовался, довольна ли она жизнью? Не ради праздной забавы, уж наверняка.