Бурных и правдоподобных.

Ох, блять… Чуть трусы не заляпал. Будет тебе бурно… Обещаю. Нет…. Не обещаю! Гарантирую!

Глава 22

Игнат

Сначала мы долго целовались на парковке возле кафе, как подростки, вылизывали друг другу рты и сталкивались языками, лезли под одежду.

— Хватит! — осадил строго. — Я не хочу трусы заляпать!

С силой оторвался от Арины. Заводная штучка! Как рядом с такой держать себя в руках? До квартиры едва доехали. Чуть не сорвались в лифте. Катастрофа почти случилась. Теперь ответственность за беспредел лежала на моей совести. Невозможно не захотеть зажать в углу такую красавицу в ультракоротком платье!

— Хватит! — передразнила меня Арина, показав язык.

Я этот язычок чуть не откусил. Но вовремя тренькнул лифт, отозвавшись мурашками на самом конце напряженного члена. Возле двери не сдержался и подхватил красавицу под попкой, заставив обвить ногами торс.

— Игнат! Мое платье до талии задралось! Мои трусики всем видно! — громко возмутилась Арина.

Но мы уже ввалились в квартиру.

— Кому видно? Никому кроме меня, это не позволено видеть! — сжал пальцами аппетитные полушария и присадил на комод, целуя. — Какая ты вкусная! Прости меня? — снова выдал просьбу. — Я тебя обижать не хотел. Но обидел. Можешь поколотить меня.

— Поколотить?

Арина толкнула меня в грудь ладонями и подняла ножку, уперев туфельку в низ живота, нажала каблуком на ширинку, вдавливая острую шпильку. Было чуть-чуть больно, но член от радости чуть не прослезился мужской слезой.

— Есть предложение получше.

— Да-да. Есть получше… Можешь в этих туфлях по мне потоптаться. Только, чур, голой.

— И в туфлях?

— Да… В этих туфлях. Или в других. Я тебе куплю. Какие захочешь. Даже самые дорогие. Только чтобы обязательно голой по мне в них потопталась! — начал нести какой-то бред.

Как в горячке. Арина нажала еще сильнее. Я застонал, дернулся вперед, напоровшись на шпильку сильнее, начал расстегивать ширинку.

— Рано! — скомандовала голосом, холодным, как арктические льды. — Ответь мне на один вопрос. Честно.

— Спрашивай.

— Владик — твой сын?!

От такой постановки вопроса я остолбенел.

— Прежде, чем соврать, вспомни, что я не дура и не слепая. Он глазами на тебя так сильно похож, что не заметить невозможно!

Туфелька скользнула ниже, теперь каблук впился в мои яйца. Что ж… Она взяла меня в оборот так крепко, что увернуться было никак. Хуже всего было то, что и уворачиваться не хотелось. Продлить эту сладкую пытку — другое дело!

— Ариша…

— Отвечай.

— О-о-о… Тише-тише, мои яйца тебе еще пригодятся, поверь!

Наклонившись, я осторожно приподнял ножку и снял туфельку, поцеловав щиколотку, то же самое сделал со второй ногой.

— Ты меня обезоружил!

— Хочу показать тебе кое-что. Прежде, чем ты продырявишь меня своими каблуками.