– Хороши шутки, – злилась Шура, – вот мужу пожалуюсь!

– И кто у вас супруг? – полюбопытствовал Павел.

– Женя Бетон, – рявкнула Шура.

Менты замолчали, потом Соловьев осторожно сказал:

– Известный человек, лад­но, коли недоразумение ликвидировано, то, думаю, следует разойтись.

– Вы их не арестуете? – спросила Лиля.

– Так за что?"

"– За идиотские шутки! – вскипела Шура.

– У нас наряд, – отбивался Сеня, – прикиньте, как я перепугался, ко­гда она села.

Павел покосился на бирку, свисающую с большого пальца моей ноги, и хмыкнул:

– Ну и кто наряд вызвал?

– Во, смотри, – велел Сеня, подсовывая менту какую-то бумажку.

– Ща проверим, – пригрозил Соловьев и начал звонить.

– Ну что, – спросила я, ко­гда разговор закончился, – в чем де­ло?

– «Скорая» сообщила, – заявил Соловьев, – будто поступил вызов в магазин на Федосеева. Потом перезвонила женщина и сообщила, что помощь уже не нужна, она опоздала, а поскольку речь шла об общественном месте, диспетчер вызвала труповозку. Она новенькая, работает первую смену, вот и совершила глупость. Так как, был факт звонка?

– Был, – ошарашенно подтвердила я.

– О смерти кто сообщал?

– Я.

– Зачем?!!

– То есть не я, то есть я, но они не так поняли. Я сказала просто, что помощь долго едет, больная в ней больше не нуждается, врачи опоздали… Я хотела донести до них совсем другие сведения: больная выздоровела, а они решили: умерла! Вот дикость! И труповозку прислали!

– Дикость в другом, – вздохнул Соловьев. – Отче­го у вас вечно какая-то дрянь получается. Вот дождетесь, придет сигнал на пульт, а мы не приедем!

– Прав не имеете, – рявкнула Шура, – только попробуйте, мало не покажется, ясно?

– Пошли, Павлуха, – велел Дмитрий Юрьевич.

– Мы с вами! – крикнули санитары и, подхватив носилки, бросились по ступенькам вниз.

Продавщицы тоже ушли. Шура обернулась и сказала:

– Дарья Ивановна, хоть бирку с пальца снимите, а то жуть глядеть!

Я сдернула с ноги ленточку из марли, на которой болтался клочок клеенки. Ну почему со мной вечно происходят неприятности?

ГЛАВА 31

Валерий и впрямь долго не подходил к телефону. Я слушала протяжные гудки и считала: десять, пятнадцать, двадцать.

– Алло, – раздалось в трубке.

– Добрый день! – радостно закричала я. – Господин Алтуфьев?

– Слушаю.

– Мне сказали, будто вы пишете портреты на заказ.

– Портреты нет.

– Да? А что то­гда?

– Пейзажи.

– Великолепно, мне как раз нужен один для гостиной.

– Моя работа стоит ты­сячу долларов, – торопливо ответил художник.

– О, деньги не проблема, лишь бы картины были хорошими.