***

Дальше все как-то вокруг закружилось. Ленку с рук забрали, Федор уже и пошевелиться-то не мог толком, накрыло откатом. Его трясло, в глазах от слез двоилось, сидел в туалете на полу и всхлипывал. А потом пришло осознание, что Ленка ему все же принесла куш козырный. Ему теперь Белецкий по гроб жизни обязан будет.

И так хорошо на душе стало, и даже на шутки потянуло. Он глупо хихикнул, думая о том, что целых... неважно, сколько времени... Ленку тискал, а она не сопротивлялась.

Эпилог

Так и закончилась та война, принесшая большие потери бизнесу, много смертей физических и одну политическую. Возможно, их было бы больше, но Федя счел за благо промолчать, что видел, кто поджег палату, в которой лежала Лена. А Ирина Лешкова, поняв наконец во что влезла, тоже уже не пыталась убить жену Белецкого. Это так и осталось опасной тайной, такие тайны лучше похоронить."

"Однако несколько трупов все-таки пополнили статистику уличных войн российских теневых олигархов. В ту же ночь бывшего тестя Константина Белецкого нашли на даче с перерезанным горлом, а рядом с ним перестрелянную охрану. И кто это сделал, тоже осталось тайной.

Белецкий никогда не говорил об этом жене, хоть она и подозревала, что это его рук дело и пыталась выяснить, как ему удалось, ведь он неотлучно при ней находился. Только загадочно поблескивал стальными волчьими глазами. Но Лена после первого раза перестала допытываться. Потому что, да простит ее Господь, считала, что тот свою смерть заслужил. И каждый раз, глядя на разукрашенную пулями спину мужа, только радовалась, что они живы остались.

А они, слава Богу, благополучно выжили и поправились оба. Правда, пришлось довольно долго лечиться. Константин Белецкий в тот момент на адреналине да на страхе за жену не заметил, но в аварии, что ему бывший тесть на пару с Лешковым устроили, побился гораздо основательнее, чем думал. Сильное сотрясение и трещина, вывих плеча, трещины в лучевых костях. Так что, когда адреналин схлынул, он слег пластом, но зато рядом с женой. Отказывался оставить ее одну в палате, так и лежали все в розах да на соседних койках. Друзья и знакомые над ним подшучивали, говорили, что оба на сохранении лежат. Жена беременности, а он последних мозгов.

Лена не переставала удивляться, сколько нерастраченной любви и нежности в этом холодном на первый взгляд человеке, ставшем ее мужем. Он был невероятно заботлив и внимателен к мелочам, моментами до слез сентиментален. До ее слез, разумеется. Иногда ей казалось, что он окружает ее отовсюду. Но это было приятное чувство. Это было счастье. А делать ее счастливой, видеть свет радости в ее глазах, было его счастье.

Заслужили они его, это самое, простое, обычное человеческое счастье?

Наверное, да.