– Вы оба такие сладенькие, – вздыхает Бренна, когда он исчезает.

– Ага. Не спорю, – улыбаюсь я ей. – Ты все еще встречаешься с Маккарти?

В последнее время она стала очень скрытной в том, что касается личной жизни.

– Не совсем, – пожимает она плечами. – Он в Бостоне. Я в Гастингсе. Я не собираюсь прилагать столько усилий ради парня из Гарварда.

– А если бы это был Коннелли? – возражаю я. – Ты бы ездила к нему?

– Дался тебе этот Коннелли! – с раздражением отвечает она. – Клянусь, ты одержима этим парнем. Он высокомерный осел, Саммер.

– Но такой сексуальный.

– Все высокомерные ослы обычно выглядят сексуально. Именно поэтому они и становятся высокомерными ослами.

Сопровождаемый громкими овациями, возвращается Фитц, и я подталкиваю вперед Холлиса. Он закрывает мою часть показа и в финале выкладывается на полную катушку. Напрягая бицепсы, упирает руки в бока. Разворачиваясь, демонстрирует рельефный пресс. А затем моя часть показа заканчивается, и сестры из общества Каппа обнимают меня, а некоторые из одногруппников поздравляют с хорошо выполненной работой.

Наступает черед Бена, поэтому мы с друзьями освобождаем место за кулисами для него и его моделей. Бренна и девчонки из Каппа идут в зрительный зал, пока Фитц и остальные переодеваются. Я горячо благодарю каждого из них за помощь, но, вспомнив об отсутствии Хантера, ощущаю, как печаль сжимает сердце. Мы с Фитцем решили, что лучше оставить его в покое, но мысли о том, что я причинила ему боль, все еще мучают меня.

Когда мы с Фитцем остаемся вдвоем (и он одет), я хватаю его за затылок и притягиваю к себе для поцелуя.

– Спасибо, – шепчу ему в губы, – ты спас мне жизнь.

– Ну, не буквально, – шепчет он в ответ.

– Буквально, – настаиваю я, и его губы изгибаются в усмешке, прежде чем снова накрыть мои.

Позади кто-то ахает, мы отстраняемся и видим стоящую в нескольких шагах от нас Нору. В первые мгновения она бледнеет от шока, но затем ее губы кривятся в гримасе отвращения, и она выдает:

– Не могу поверить, Фитц. Так вот о ком ты говорил?! О ней?

А потом она уходит, на прощание сердито взмахнув черно-розовыми волосами.

В замешательстве я поворачиваюсь к нему.

– Что она имела в виду, о чем вы говорили? Когда вы с ней разговаривали?

– Сразу после нашего с тобой первого секса, – хрипло говорит он. – Я сообщил ей, что между нами все кончено, потому что у меня есть другая.

– Ого. Ты не упоминал об этом раньше.

– Честно говоря, я забыл.

И я о ней забыла, по крайней мере, в плане их отношений с Фитцем. Нора мне больше не соперница, хотя мне не по себе от того, что она застала нас во время поцелуя, ведь я знаю о ее влюбленности в него.

«А если честно?» – спрашивает внутри меня Селена Гомес. Я знаю, что она старается не показывать мне язык.

Ну ладно.