Он знал, что так произойдет. Он ждал этого момента.

– Значит, нужно всего лишь выиграть матч, чтобы твои губы прикоснулись к моим?

– Хм. – Я пытаюсь улыбнуться, но мое тело словно охвачено огнем, и улыбка быстро пропадает. Он это знает, чувствует и проводит языком по своей нижней губе. – Есть только один способ это выяснить.

– Ты хочешь этого, правда? – шепчет он, его большие пальцы скользят под мою грудь. – Чтобы я взял то, что хочу. Укусил тебя за губу, которую ты все время теребишь зубами. Потянул за волосы.

Он скользит кончиками пальцев по моим волосам у основания шеи, и мои мышцы сжимаются.

Мэддок нарочно тянет их слишком нежно, и у меня перехватывает дыхание.

– Чтобы я был повсюду. – Я закрываю глаза, когда он наклоняется и шепчет мне в ухо: – Чтобы я был в тебе.

У меня бы закатились глаза, не зажмурь я их.

– Это было бы так здорово, – выдыхает он, и, черт, мои пальцы на ногах сжимаются. Но в следующую секунду тепло его тела исчезает, и я открываю глаза. – Но этого не произойдет, пока ты не перестанешь убеждать себя, что это не ты и не я.

Нижняя половина его туловища все еще прижимается ко мне, но он слегка отстранился, и теперь, когда я могу вдыхать не только один его запах и туман начинает рассеиваться, до меня доходит смысл его слов.

Я проглатываю вставший в горле ком.

– Не понимаю, о чем ты, – осипшим голосом отвечаю я, отворачивая голову, но Мэддок берет меня за подбородок, заставляя вновь поднять на него глаза.

Его взгляд прошивает меня. Он немного в смятении, но еще очень возбужден и зол.

– Еще как понимаешь. И все будет зависеть от тебя.

– А если я не захочу?"

"– Это сделает кто-то другой.

Я бессознательно хмурюсь, и его глубокий смешок вибрирует между нашими прижатыми друг к другу телами.

– Пока посиди и подумай, – Мэддок наклоняется вперед. – А может быть, позже, – он берет мою руку и проводит тыльной стороной моей ладони по своему стояку, – ты посидишь и на нем.

Должно быть, я снова закрыла глаза, потому что, когда я чувствую порыв ветра, они распахиваются, и передо мной оказывается лишь опустевшая парковка.

Я подпрыгиваю от неожиданности, когда рядом сигналит машина.

Я смотрю на темное ветровое стекло.

Я ни хрена не вижу, но зато они видят меня и видели все то, что только что здесь происходило. Доносящийся из люка смех только подтверждает это.

Мэддок сидит на пассажирском сиденье, поэтому я подхожу к его двери, встаю на порожек и просовываю верхнюю часть тела внутрь. Я приближаю к нему лицо и останавливаюсь чертовски близко от его рта. Затем облизываю губы, и мой язык касается его губ.

Он рычит, а я ухмыляюсь, выскальзываю из машины и сажусь на заднее сиденье.