Первое упоминание имени Игоря Выходцева Настя нашла довольно быстро. Ноябрь 2016 года: «Приходил на кафедру. Предложила ему изложить вопрос в эл. письме». Второе упоминание появилось через день: «Письмо от Выходцева. Назначила встречу…» Дальше стояли дата и время: через два дня после письма. Она листала ежедневники и фотографировала телефоном нужные страницы. Если придется анализировать, то только дома, здесь время дорого.

Записи о Выходцеве сначала попадались часто, но с октября 2017 года – все реже и реже и ограничивались коротким: «Позвонить Игорю» или «Звонила Игорю, перезвонить через неделю».

И только две записи о визите: одна о том, что договорилась о дате и времени, вторая – в день посещения больного. Последняя запись сделана в начале сентября 2018 года: «Игорь скончался две недели назад, узнала только сегодня». Значит, в августе Светлане Валентиновне никто не позвонил, не оповестил, и на похоронах ее не было.

Да, похоже, профессор Стеклова маниакально документировала каждый свой шаг. Никаких подробностей, никаких эмоций или оценок. Только факты.

Настя выкурила еще сигарету, отнесла ежедневники на место, посмотрела на часы и решила поинтересоваться папками.

Пусть не их содержимым, но хотя бы надписями. Стоя на площадке между комнатами, прислушалась к доносящимся снизу голосам: разговор шел оживленный, и не похоже, что взаимный интерес собеседников иссякает. Стало быть, немного времени еще есть.

В одной из двух самых толстых папок лежали медицинские документы: ксерокопии больничных листов, выписки, эпикризы, анализы, кардиограммы, результаты обследований и множество других.

Копии больничных Стеклова хранила с середины 1970-х, все остальное стало пополнять папку с начала нулевых. Женщина пожилая, не очень здоровая, понятно, что бумаг из медучреждений с каждым годом все больше и больше.

Во второй такой же папке с надписью «Платежи и покупки» хранились квитанции об оплате за много лет, накладные с приколотыми чеками и все, что касалось финансовых вопросов, за исключением обычных бытовых трат, в том числе и распечатки операций по карте и банковскому счету, которые Стеклова, судя по датам, делала каждые три месяца.

В папке «Отпуск» находились путевые заметки и впечатления от мест, где отдыхала Стеклова, с подробным перечислением географических и топографических именований, характеристиками людей, которые окружали ее в тот период, и прочими деталями, интересными, как правило, только самому пишущему. Такие же описания сгруппированы в папках «Командировки» и «Конференции». Наверное, у Светланы Валентиновны из-за страха ослабления памяти сформировался настоящий невроз.