Он покусывал ей плечи и держал одной рукой за шею, просунув вторую ей между ног.

Катя уже была не здесь, она почти добралась до пика своего наслаждения, последнее, что она услышала, перед тем, как застонать, это его шёпот в ухе: «Я люблю тебя, Бесстыжая».

Её ответом на его слова стал оргазмический стон. Она вздрогнула всем телом под ним и он немного притормозил свои движения, чтобы дать ей насладиться таким редким в последнее время оргазмом. Катя притихла и тяжело дышала, он перевернул ее на спину и погладил по щеке, заглядывая в глаза.

— Развяжи меня, я устала.

— Мы ещё не закончили.

— Так зачем остановились?

Он вставил ей снова, обнимая её всю, Катя улыбнулась и закрыла глаза. Вадим сжал зубы от злости — она ничего не сказала в ответ, теперь не хочет даже на него смотреть. Он поднялся, вытащил член и встал на колени в районе ее талии и кончил ей на грудь, а затем поочередно провёл членом по каждому соску. Вадим резко встал и направился в ванную.

— Эй, а я?

— Лежи пока, никуда не уходи, — небрежно бросил он из-за спины.

Катя так и лежала — в порванном платье, с задранной юбкой, как помеченная клиентом проститутка. Она подергала руки, ну зачем он так сильно ее связал? Вадим вскоре вышел и с каменным лицом развязал ее.

— Спасибо, а то думала до утра оставишь, — пробурчала она, слезая с кровати.

* * *Когда Катя вернулась из душа, её каменный Великан сидел за столом в номере перед экраном ноутбука и разговаривал по телефону. «В такое время? С кем?» — нахмурилась она, потом поняла, что с Павликом. Они оставили фирму на близнецов и что-то уже случилось.

— Ложись спать, это надолго, — кивнул ей Вадим и сосредоточился на разговоре.

Катя свернулась калачиком под одеялом и закрыла глаза. Она снова почувствовала это — укол одиночества рядом с любимым человеком. Эта инъекция начала медленно расползаться холодными струйками по всему телу. И это началось со смертью Игоря, тогда всё изменилось, их отношения особенно. Они стали серьезнее, Вадим начал вести себя по отношению к ней по-другому, воспринимал ее как нечто должное, что должно быть подле него. Нечто, что теперь подчинялось ему и должно было беспрекословно выполнять его требования.

Утром она проснулась в пустой постели, Вадим был в душе, Катя перевернулась на спину и потянулась, тяжело вздыхая. Она смотрела в потолок, на котором ее воображение отчетливо рисовало картины вчерашнего секса. С одной стороны, это хорошо, что у него нет комплексов, в постели они трахались, а не смущённо целовали друг друга в щёчку и говорили приятные слова любви."

"«Блять, он опять вчера это сказал, зачем? Да ещё и в такой неподходящий момент, когда драл меня сзади. Ну почему ты не можешь просто молчать, как обычно?» — Катя прижала ладони к глазам, потирая веки.