– Как в аптеке! Счастливо оставаться!

Пышнозадый охранник бежит к своей машине.

– Заид! Заии-и-и-ид! – зовёт его Алёна. – А как же я?! Как же…

– Созвонимся, пышечка! Не скучай. Я мыслями рядом с тобой. Завершу одно дельце – и примчу! – кричит Заид, захлопывая дверь машины.

– Настасья, в машину. Нет времени ждать. Здесь в любой момент может появиться сам ублюдок или кто-то из его людей, – командует Артур.

Как на деревянных ходулях, я подхожу к нему.

– Детка, ну наконец-то! – осматривает меня с головы до ног, хмурясь. – Я соскучился. Нахрен почти поседел, пока думал как тебя вызволить из лап ублюдка.

Он обнимает меня и ведёт к машине, немного нервничая. Всё-таки Тагир – авторитет и очень опасен. Артур опасается его даже на расстоянии.

– Погнали! – рявкает Артур, как только мы забрались внутрь бронированного джипа."

"Нужно радоваться. Я подставляю лицо для поцелуя Артура.

Он целует меня. Я ничего не чувствую. Пусть губы Артура вдохнут в меня желание жить дальше. Но я… падаю в обморок. В глубокую черноту. Наверно, это из-за сильного волнения…

Глава 37. Настя

– Доброе утро, Настюш, как ты спала?

Я щурюсь от яркого света, когда Алёна распахивает шторы в спальне. Мне не хочется возвращаться в этот холодный и суровый мир.

Вчера Артур помог мне сбежать. Я лишилась сознания в машине. Мой организм не выдержал нагрузки. Очнулась уже в этой спальне. Но бодрствовала недолго – мне предложили успокаивающий чай. После него я мгновенно уснула и проснулась только на следующий день.

Поздним утром…

Сев на кровати, я кутаюсь в одеяло, вяло моргаю, отвечая поникшим голосом:

– Плохо. Что-то нехорошо мне. Полная обречённость в душе. И тошнит без конца.

Служанка вздыхает, садится рядом со мной на кровать, ладошку на лоб мой кладёт, проверяя, есть ли у меня температура.

– Ты заболела? Горло болит? Голова?

– Душа…

– Нет, – качает головой, – температуры нет. Наоборот, ты ледяная. Я понимаю, как тебе сейчас трудно. Неужели ты влюбилась в этого монстра Тагира?

Я кусаю нижнюю губу. Хочется разреветься. Но слёз нет. На год вперёд выплаканы.

Да, влюбилась. И это давно случилось. Не знаю, что делать! Не хочу любить врага, убийцу, дьявола бессердечного! Не хочу! Но поневоле всё равно люблю. Это откуда-то изнутри идёт.

Оно мучает меня, изматывает. Как холера травит и душит, заставляя чувствовать вновь и вновь! Я борюсь с этими ядовитыми чувствами до полного истощения. Внутри меня две силы борьбу ведут. Одна вопит, что Тагир не виноват. Он не убивал моего отца. Он ведь обещал… Он авторитет, сильный мужчина, который обязан держать слово!

Я ведь всю себя ему взамен отдала. Тело своё молодое, душу, невинность… Которую обещала жениху.

Вторая… говорит, что он жестокий палач. И нет в нём ни капли чести. Ничего светлого.