А я ненавижу Тагира ещё больше, чем до всех событий.

Не могу больше находиться при нём. Его руки в крови моего отца. Меня стошнит, если он полезет этими ручищами в мои трусики.

Надо бежать! Бежать любой ценой.

Пусть лучше меня пристрелят при попытке побега. Пусть я умру. Так лучше, чем лежать под убийцей отца и раздвигать для него ноги.

Глава 36. Настя

– Давай, Малинка… Прогнись для меня. Ноги пошире… – командует Тагир, едва появившись в спальне.

Я сняла все похабные тряпки и надела самое закрытое, несексуальное бельё, которое смогла найти.

– Ну же, кошечка. Давай помурлыкай…

Властно и неспешно хищник приближается к кровати, обнажаясь прямо на ходу. Он срывает с себя одежду, бросая на пол. Обнажает своё идеальное, мощное, прекрасное тело. Даже свежий след от раны смотрится на Тагире, как знак отличия, а не изъян.

Он великолепен. Сексуален.

И он просто… жестокий, бездушный монстр.

Несколько лет назад предательство моего отца и убийство родных выжгло в сердце Тагира дыру, уничтожило его душу.

Он не изменится.

Ни за что.

Я отвожу взгляд от его члена, восставшего до пупка.

– Извини, мне что-то нехорошо, – горестно вздыхаю. – Знобит…

Тагир, словно не веря, трогает мой лоб и тело.

– Совсем плохо?

Его тёмные, чёрные глаза заглядывают в самую душу.

Мне больно. Плохо до одури. Меня начинает мутить жестоким образом. Зажав рот ладонью, я подскакиваю и бегу в ванную. Склонившись над унитазом, отдаю фаянсовому другу весь ужин.

– Похоже, ты отравилась… – говорит позади Тагир. – Да, тебе лучше полежать. Вызвать врача надо бы.

– Нет. Не стоит. Просто съела что-то не то. Те маринованные грибы виноваты, – улыбаюсь жалко. – Я полежу и мне полегчает. Обязательно. Нет причин для беспокойства. Ничего особенного…

Тагир ждёт, пока я приведу себя в порядок. Жду, что этот черноглазый монстр уйдёт, оставив меня наедине со своим горем. Но он разваливается на кровати. Желает спать со мной.

Во сне он сгребает меня в охапку своими лапищами. Мне кажется, что они влажные и блестят от крови. Это просто моя фантазия разыгралась.

– Твой поступок многое изменил, – внезапно говорит Тагир. – Ты могла убить меня. Не помогать. Валид сказал, я бы точно сдох. Ты изменила меня. Я это никогда не забуду.

Слова Тагира растравливают душу, разъедают сердце серной кислотой. К чему эти красивые, напыщенные выражения от убийцы и лжеца?! Он обманывал меня и продолжает лгать. Чудовище безжалостное!

– Я хочу уехать.

Меня подкидывает высоко в воздух от этих слов. Тагир успокаивающе гладит меня по плечу.

– Вернулся. Взял своё. Но мне ни хера не легче. Я как будто иду не туда. На груди спокойно только когда ты рядом. Думаю, надо уехать. Как насчёт домика в Бордо? – хмыкает. – Я там бывал как-то… Очень приятная атмосфера, мягкий климат. Тебе понравится.