Я опрокидываю её спиной на пол, смотрю в застывшее лицо супруги, не выражающее ничего.

Её глаза… Они широко распахнуты. В них нет больше жизни. Там испуг застыл. Мёртвый. Вопиющий. Лицо бледное, испачканное кровью.

– Лейла! – кричу, тряхнув жену за плечи.

Бах!

Бах!

Бах!

Всё нарастающие и нарастающие выстрелы заставляют меня пригнуться.

– Тагир! Тагир! – узнаю голос Назара. – На нас напали!

– Сука! – матерясь, я вытаскиваю ствол из кармана.

Не верю в то, что происходит.

Блять! Лейла!

Мой малыш…"

"Я опускаю взгляд ниже и вижу кровавое пятно на груди девушки. И на животе тоже. Реки крови хлещут из её сердца и живота, омывая мои дрожащие руки. В панике, я бросаю ладонь на живот Лейлы, пытаюсь остановить кровотечение.

– Врача! Назар! Вызови врача… – рыдаю, но понимаю, что всё.

Всё кончено.

Ей уже не помочь.

Ребенок больше не шевелится под моей ладонью. Я не ощущаю его толчков, как раньше. Обычно, когда бы я не дотрагивался до живота Леи, сын моментально отзывался ворчаньем или толком на прикосновение папы.

Но сейчас там холод. Тишина.

А у меня боль. В груди. На сердце. На душе.

– Нет! Не-е-е-т!

Я потерял их.

Потерял.

Это не сон.

Это кровавый бал.

Обезумев от горя и ненависти, я выскакиваю из укрытия, открывая стрельбу. Но их слишком много. Ублюдки в камуфляжной одежде разносят мою империю в прах, паля из автоматов.

Кто за этим стоит? Кто, блять?!

Я ведь был так осторожен… Уже сколько лет!

Крыса находится здесь. Среди нас. В лике лучших друзей. Я понял это только сейчас. Когда увидел, как ублюдки сгребают всю мою добычу в мешки и уносят через запасной выход, одновременно расстреливая рабочих.

Потом звучит взрыв. Вспыхивает яркий огонь.

Всё в дыму. Я начинаю задыхаться. Бегу к выходу. Пытаюсь открыть дверь, но замок заело.

Отравляющий дым везде. Он врывается в самые лёгкие и разрывает горло. Задыхаясь, я падаю на пол и отключаюсь.

⁂Мне кажется, что я сдох.

Но мои глаза непроизвольно открываются, и я вижу белый потолок.

Чувствую запах медикаментом. Ужасно болит голова.

Дёргаю рукой, а в ней игла торчит. Рядом капельница стоит.

Опомнившись от случившегося, я пробую пошевелиться. Поворачиваю голову влево, вижу знакомое лицо. Рядом на койке лежит Назар, прикованный наручниками к кровати с перебинтованной головой.

– Это был Дмитрий, – сухо хрипит друг, глядя на меня сочувствующим взглядом.

– Что? – рычу, чувствую, как меня накрывает ледяным ознобом.

– Дмитрий Соловьев. Он предатель. Он сдал нас конкурентам. Они всё забрали. Всё, Тагир!

Даже больше.

Он. Забрал. У меня. Сына.

А я его дочь спас.

Вот как ты мне, сука конченная, отплатил?!

– Уёбок! – реву, хватаясь за голову.

Убью его. Голыми руками сердце из груди вырву, заставлю сожрать. Всех на куски живьём порублю. Особенно тех, кто ему дорог.