— Тебе отремонтировали медальон? — спросил папа.

— Мне его не просто отремонтировали, а вернули ему первозданный вид.

Я снял с шеи медальон и протянул отцу. Он внимательно осмотрел камень, оценил гладкую ровную поверхность и чистый незапятнанный цвет.

— На другую сторону переверни, — подсказал я.

— Ого! — вырвалось у отца, когда он увидел обновление в виде четырёх голубых камней. — А я всё думал, зачем здесь эти выступающие кружочки. Решил, что это просто обозначения четырёх сторон света. И что они дают?

— Дай я посмотрю, — не выдержала Катя и подбежала к отцу, буквально выхватив медальон у него из рук.

— Ух ты! Какие симпатичные! А зачем они нужны?

— Если ты отдашь мне медальон и дашь возможность рассказать, — сказал я, — то я всё объясню.

— Ну и бе-бе! — она шмякнула амулет мне на ладонь, показала кончик языка и вернулась на своё место.

Пока Настя сервировала стол, я рассказал про похождения юного князя Вяземского и последствия, к которым привела его бесконтрольная ярость мщения за старые обиды. Вот после этого медальон был дефорсирован и последние семьдесят лет выглядел именно так, как я увидел его впервые.

— И как этим пользоваться, ты узнал? — напрягся отец. — Чтобы самому не повторить подвиги Вяземского чисто случайно.

Я достал из кармана инструкцию и протянул отцу. Он пробежал её глазами и вернул мне.

— Поздравляю с ещё одной обновкой! — сказал довольный отец и протянул мне руку, которую я с удовольствием пожал. — Очень надеюсь, что нововведение тебе не понадобится. А инструкцию всё же изучи.

— Изучу, конечно, — кивнул я и начал открывать портфель. — Это ещё не всё, сейчас будет самое интересное. Праздника сегодня никакого официального нет, поэтому назовём это просто день подарков.

Я вытащил из недр портфеля четыре коробочки, все уставились на них и ждали объяснений.

— Виктор Сергеевич от нас съехал, поэтому одну я пока уберу, вручу ему завтра.

— Это можно открывать? — первой не выдержала сестрёнка."

"— Можно, каждому по подарочку, — улыбнулся я и с удовольствием наблюдал их расширяющиеся глаза. Все отреагировали примерно с одинаковым удивлением.

— Сын, но это же стоит огромных денег, — сказал отец, вытаскивая свой экземпляр медальона из коробки. — Сколько ты ему должен остался?

— Нисколько, мне хватило моих сбережений, даже немного осталось, — улыбнулся я.

— Мы заключили выгодную сделку, и он отдал мне четыре амулета по оптовой цене, намного дешевле их рыночной стоимости. Вот, кстати документы из архива, можешь их вернуть обратно. Я достал папку из потрфеля и протянул отцу.

— Артефактору это больше не нужно? Поинтересовался отец, не торопясь забирать у меня документы.

— Нет, он сделал копию, — сказал я. Но не сказал слово «себе». Я же сейчас правду говорю? Копия сделана.