Убеждённость в том, что нужно обо всех воспоминаниях рассказать Изару, только укрепляется. Но что рассказывать? Если я просто выложу ему о прегрешениях Дарины, то какое будет ко мне доверие?

А если я начну утверждать, что я попаданка, то как я это докажу? Будет же выглядеть, как жалкие попытки оправдаться или сбросить с себя все грехи. А их, блин, столько, что меня можно несколькими разными способами казнить.

Рву записку на маленькие клочки и выкидываю их за окно. Огненной магии у меня нет, камин разжигать не умею, а оставлять это послание как есть опасно.

Тру запястья, которые отчего-то едва заметно зудят. На светлой коже явно проявляются красные следы. Ну вот, ещё какой-то аллергии мне не хватало.

Осматриваюсь и понимаю, что далеко не все мои вещи перенесли в отдельную комнату. Часть, причём внушительная, осталась тут. Возможно, Изар уже тогда сомневался?

По телу бегут мурашки от воспоминания о том, как шершавые руки Изара бесстыдно ласкали моё тело, а шёпот обещаний просачивался к самому сердцу. Верить ли им?

Усмехаюсь сама себе. Много ли у меня вариантов? Нет. И остаться с драконом — далеко не самый худший. А судя по вчерашней ночи, ещё и приятный.

В шкатулке на туалетном столике нахожу широкие браслеты и надеваю их на руки, чтобы скрыть покраснение на запястьях. Надеюсь, это не какое-то магическое заболевание, которым меня мог “наградить” темноволосый.

Зато теперь я кое-что знаю о том, что этому непонятному человеку нужно. Но совсем не знаю, чего от него ожидать.

Спускаюсь к завтраку. Кербина очень недовольно, буквально морща нос, сопровождает меня к столу.

— Его Светлость просили передать, что будут к обеду, — говорит она. — И чтобы вы не скучали, но знали про запрет выходить за территорию поместья.

Ну вот, приехали. Снова запреты и ограничения. Кербина довольно ухмыляется и выходит из столовой.

По золотистому ободку тарелки пробегает солнечный луч. Я провожу пальцем следом за ним по гладкому краю тонкого фарфора и беру прохладную металлическую вилку. Я даже рада, что я одна. Можно по-привычному взять только один столовый прибор и спокойно есть, пока никто не смотрит.

Мягкие воздушные аппетитные кусочки омлета с беконом ложатся на язык, и я издаю одобрительное мычание. Вкусно! Почти как у нас в садике. А я вообще всегда считала, что у меня на работе омлет — самое вкусное блюдо.

— Дарина, — внезапный голос заставляет меня вздрогнуть. — Рад вас видеть!

Лион бодрым шагом входит в столовую. Ну вот и поела спокойно. Со вздохом перекладываю вилку в левую руку и беру нож. Чёрт. Ещё эти горяще-зудящие запястья под браслетами. Может, спросить Лиона?

— Позволите? — он кивает на стул рядом.

Я неоднозначно веду плечом. С одной стороны, он друг мужа.