Страх тугим кольцом сжимает грудь, я в полной мере осознаю, где я нахожусь и кто я… Никто! Память Дарины подсказывает, что я почти бесправное существо по местным законам. Точнее, мои интересы должен защищать муж, а перед мужем я полностью беззащитна.

Надо бежать. Пока не знаю как, но надо найти способ вернуться в свой мир. На крайний случай сбежать от “мужа” и начать жизнь под другим именем.

Но конкретно сейчас я могу только в страхе смотреть в льдистые, голубые глаза Изара, и надеяться, что угроза была просто угрозой.

— Я позову тебе лекаря. Он скажет, когда яд выйдет из твоего тела и ты сможешь зачать. И пока ты не понесешь, не покинешь этой комнаты. И ни одна живая душа в этом замке не заговорит с тобой.

Изар накидывает свою рубашку и широкими шагами выходит из комнаты. Все его движения говорят о том, что чувствует себя здесь хозяином. Он — власть. А я… Будущий инкубатор для его ребенка?

Глава 2

Меня колотит от испуга. Какого черта вообще происходит? Может, я все-таки проснусь? Рассказали б мне о том, что я буду голая дрожать в спальне… дракона… Дракона, твою мать! Никогда бы не поверила и послала бы куда подальше.

Но вот она, я. Запертая, униженная и совершенно не понимающая,что теперь делать.

Мириться с ультиматумом этого тирана я точно не собираюсь. Ребенка ему надо срочно заделать.

Нет, я не против детей. Даже за. Но не прямо сейчас и не от того, кого вижу в первый раз в жизни!

Встаю с кровати и ищу взглядом, что можно надеть. Такое ощущение, что он пришел, а Дарина уже ждала его голышом — ни малейшего намека на платье или ночнушку нет. Поднимаю тонкое покрывало и прижимаю к себе. Гладкий шелк прохладой струится по моему телу, возвращая мне хоть немного чувства защищенности.

Деревянный пол теплый, даже несмотря на то, что камин в углу не разожжен. Это позволяет надеяться, что за окнами я не столкнусь с высокими снегами и метелью. Сбежать будет проще.

Иду к резному комоду из красного дерева мимо того самого туалетного столика, на котором и обнаружился злосчастный пузырек. Я даже вздрагиваю от того, что боковым зрением вижу кого-то в зеркале. Замираю, медленно перевожу взгляд и всматриваюсь.

Это теперь я?

На меня смотрит испуганная немного растрёпанная блондинка. Трогаю пухлые очерченные губы, касаюсь пальцами мягких чуть волнистых волос, захватываю шелковистую прядь и накручиваю на палец. Пахнут мятой.

А Дарина вполне ничего. Кожа молочно-белая, будто “я” не выходила на солнце и до того, как меня тут заперли.

Напрягаю память, но не нахожу воспоминаний о прогулках. Но я так сопротивлялась этим нахлынувшим картинкам и эмоциям, что, кажется, получила не все. То есть, могу просто не помнить.