Конечно, теперь она сбылась, вот только сбылась в какой-то извращенной форме, где у нас с Макаром есть приходящий папа, имеющий свою собственную семью, где тоже скоро появится ребенок, и есть мама, кажется, обречённая на вечное одиночество.

Но я не жалуюсь. Главное, что у Макара все хорошо. Ему нравится с папой, я уверена, и ради этого даже готова задвинуть свои собственные желания куда подальше.

Мирон замечает меня ни сразу. Я успеваю вдоволь наглядеться его игрой с ребенком.

– Готова? – спрашивает он меня, застывшую в дверях.

– Да, – улыбаюсь и стараюсь сделать эту улыбку искренней.

– Отлично выглядишь, – говорит Мирон.

– Спасибо, – прячу глаза, потому что мне становится как-то неловко.

– Тогда пойдем?

Мы выходим на жаркую улицу. Бывший сам вытащил из подъезда коляску, спустил ее по лестнице, хотя я и так без проблем справлялась, потому что в элитном доме все оборудовано для удобства жителей.

Похоже, Мирон даже сам собирается теперь ее везти, потому он уцепился за ручку коляски, как за родную.

– Надеюсь, ты видела, что здесь, на территории комплекса, есть небольшой парк? – интересуется он.

– Конечно, – утвердительно отвечаю.

– Я только там и гуляю. Тут жарко.

– Это хорошо… Я бы не хотел, чтобы ты таскала ребенка по пеклу или чтобы он дышал выхлопами у дороги.

– Ты хороший отец, Мирон, – зачем-то произношу я. – Макару очень с тобой повезло."

"Мужчина больше ничего не отвечает, и между нами повисает неловкая пауза.

Мне кажется, он тоже боится сделать неверный шаг. Тем более, что вчера Мирон чуть было не двинулся в неправильном направлении. Мы оба понимаем, что единственной нашей связью должен быть ребенок.

Я замечаю, что за нами по пятам двигается крепкий мужчина.

Он или другой, очень на него похожий, теперь сопровождают меня всюду. Я понимаю, что это необходимость, но мне все равно не по себе.

Этим разговором я решаю разбавить тяжелую тишину.

– Мирон, когда за мной весь день ходит верзила, я чувствую себя некомфортно. Понимаю, что это нужно, но…

Мужчина разворачивается и кивает охраннику. Тот тоже понимающе опускает голову, а затем уходит в противоположном от нас направлении.

– Но это только на сегодня, потому что я рядом. Охрану с дома и наружнее наблюдение я не сниму.

Даже не проси. Коршунов сейчас залег на дно, но он не успокоится. Он добьется своего, по крайней мере, попытается.

– Да, ты прав…

– Не волнуйся, я сделаю все, что от меня зависит. Я накажу его за содеянное, – уверенно заявляет Мирон.

– Ты что… ты что собираешься… ? – воображение рисует ужасные картинки.

– Ань, я буду действовать в рамках пазового поля. Поверь, там есть за что зацепиться. И можешь быть уверена, что совсем скоро он окажется за решеткой. А пока… Пока ты будешь прогуливаться в сопровождении охраны.