Она хмыкает, хватает со стойки свою сумку, и довольная удаляется в сторону лифтов.

Вот же! Я конечно могу понять за что сотрудницы Мирона так меня ненавидели. Но, чтобы настолько…

Пока оказываюсь одна, спешу позвонить маме Кати, узнать, как там у нее дела с моим сыночком.

– Все отлично, Анют, – уверяет меня женщина. – Даже не переживай! Мы покушали, и уже собираемся гулять. Сейчас пришлю фото.

Слова временной няни меня успокаивают. Вспоминаю, как полночи цедила молоко, чтобы, как можно меньше пришлось кормить сыночка смесью.

Остальное время нервничала. Да и от сцеживания нервничала. Не сдаться на полпути помогало только то, что так у ребенка будет здоровое питание.

Теперь же я чувствую себя отвратительно. Недосып, однозначно, сказывается.

Утром отчаянно старалась замазать синяки под глазами, но нормально этого сделать так и не вышло. То ли разучилась, то ли фиолетовые пятна оказались слишком темными.

С улыбкой рассматриваю фотографии, что прислала тетя Наташа. Не видела сыночка пару часов, а уже невозможно скучаю.

Голос Богданова раздается надо мной настолько неожиданно, что я в страхе чуть ли не роняю мобильный из рук.

– Есть что скрывать? – спрашивает мой босс, глядя на меня сверху вниз.

– Нет, – спешу оправдаться.  – Просто не заметила, как ты подошел.

– Вы подошли, – поправляет бывший.

– Да, само собой, – виновато отвечаю. Смотреть ему в глаза не хочу. Слишком больно.

– Никаких личных переписок на рабочем месте. Буду штрафовать, – как-то безразлично произносит босс, а потом добавляет перед тем, как скрыться в своем кабинете. – Кофе сделай.

Руки дрожат. Сама не знаю, почему так реагирую.

Сваренный напиток забираю ни сразу. Хочу успокоить неприятную трясучку, зайти в кабинет начальства с гордо поднятой головой.

Мирон оказывается полностью погружённым в какие-то бумаги. Он даже не замечает меня.

– Кофе на столе, – обозначаю на всякий случай.

Меня распирает от желания спросить про Макара. Неведение убивает. Вдруг мы сможем договориться?

– Что-то еще? – любимый босс поднимает на меня взгляд. Ответить утвердительно не хватает смелости.

– Нет. Я пойду, – спешу быстро скрыться за дверью кабинета.

Когда оказываюсь снаружи, начинаю часто дышать. Кажется, во владениях Мирона я вообще забыла про это. Просто задержала дыхание от напряжения и страха.

Наливаю себе стакан воды и залпом выпиваю.

Затем дрожащим голосом отвечаю на телефонный звонок, договариваюсь о какой-то встрече, сверившись с расписанием Богданова, перечитываю сообщения, что пришли по локально сети, а потом обессилено откидываюсь на кресле."

"Как же хочется сбежать! Мирон сидит за дверью, так далеко от меня, и так близко одновременно, и это давит. Все внутренности сжимает в неприятных ощущениях.