Теперь я должна Даше дорогущие туфли в качестве благодарности. Её цена. А у меня не было выбора, кроме как согласиться.

Пожалуй, со статусом «подруга» я немного поторопилась.

Я оккупирую диван Юры. Первый этаж сделан под одну комнату. Поделён на сектора. Прихожая, кухня, столовая и гостиная.

Вот в уголке гостиной я и нахожусь. Раскладываю бумаги перед собой, распечатанный в ближайшем копицентре.

Все анкеты. Вооружившись ручкой, подчёркиваю всё важное, что обо мне написали коллеги. Любые мелочи.

Я не знаю, что ищет Дубинин. И поэтому всё в сто крат сильнее.

— Мам! — Кирюша отвлекает.

Поднимаю взгляд — в облаках виднеется пролетающий самолёт. Через панорамные окна удобно смотреть на город.

Чем и занимается сын. Всё время крутится у окна, прижимаясь ладошками. Рассматривает другие небоскрёбы.

— Птичка!

— Ага.

Киваю, продолжая изучать бумаги.

Боже, почерк у некоторых просто кошмарный. То ли сделали комплимент, назвав красивой. То ли крысой обозвали.

Большинство фактов — нормальные. Работает до обеда, работает продуктивно. Помогает. Бла-бла-бла.

А вот то, что касается личной жизни…

Нервной дрожью охватывает, проникая иголками под кожу.

— Сын, около двух лет, — зачитываю под нос. — Два года. Два. Почти два. Два-два-два.

Большинство людей прописывали, что Киру два! Даже так упоминали, будто ему уже больше.

И плевать, что у сына день рождения через неделю.

Это — ещё хуже.

Это — прямое доказательство того, что забеременела я в браке с Саввой.

— Охре… Шикарно пахнет! — оповещает Юра, вернувшись с работы. Но я не реагирую. — На тебя принтер напал?

— Что? — едва поднимаю голову.

— Ты вся в окружении бумаг.

Я лишь киваю на копии. Нет сил говорить. Горло сжимает спазмами, кажется, что я в любой момент разревусь.

На бумагах — вся моя жизнь. Основная её часть.

Расписанная небрежным почерком на бегу.

Собранная для пользования Саввой.

Все разговоры, шутки, рабочие секретики — теперь они больше не мои. Достояние человека, которого я ненавижу.

Нельзя так.

Нельзя!

Я запрещаю со мной так обращаться!

Выкинуть меня на свалку истории за ненадобностью.

А после копаться в каждом закоулке моей души.

— Маш…

Юра зовёт, растерянно читает документы, после смотрит на меня. Я качаю головой. Всё в порядке. Почти.

Усаживается на пол рядом со мной, облокачиваясь на диван. Я чуть отодвигаюсь, давая больше места.

— Это звиздец. Почему ты мне сразу не позвонила? — хмурится. — Тебе нужно было сказать.

— А толк? Ты бы поехал и лично сжёг эти анкеты? Всё уже сделано. И я достаточно тебя нагрузила своими проблемами.

— И что? Проси. Ты моя жена.

Юра произносит это так, будто взаправду. Смотрит ободряюще, чуть улыбается.