Его уловки пустые и довольно нелепые.

Может, я не лучший в мире специалист, но и не совсем дура. Я знаю и законы, и как с ними работать.

— Знаешь, это забавно, — я чуть наклоняю голову. — Савва не верил в меня, как в свою женщину. Но хотя бы признавал, что я неплохой юрист. Даже когда ненавидел. Ты же… Ты совсем не верил меня как в юриста, да? Надеялся, что я просто тупо подставлюсь.

Я даже не уверена, что бесит меня больше.

Дубинин, да. Просто потому, что он был ближе. Но ему хватало ума не обижать меня как специалиста.

Разбитое женское сердце — ноет и трепещет, убивает.

Но задетая женская гордость… Она способна уничтожать миры.

— Подпиши документы и дай мне развод. Ты не хочешь знать, насколько я хороший юрист.

Не мировой, но Юру я разорву. Это желание только сильнее разрастается, пока я ухожу.

Балабанову хватает совести меня больше не окликать. Час спокойствия я выгрызла.

А на встрече будут другие темы поднимать. И, может, давить я буду чуточку сильнее, чем планировала. Но Юра — мудак, а мне нужно в полезнее русло эмоции направить.

— Проходите, Марьям, — учредитель химиков приглашает меня в кабинет.

— Добрый день, Константин Семёнович, — я усаживаюсь в кресло. — Рада, что мы, наконец, можем поговорить наедине. И спокойно обсудить все детали.

— Спокойно не получится. Мне только что позвонили и предложили встречу. Она будет через полчаса.

— Так. Тогда давайте пробежимся по основному из того, что прислали от Балабанова.

— Скорее нужно по новому пройтись. Дубинин прислал мне курьером предложение. Готов сегодня пожать руки, если сойдёмся в деталях.

— Дубинин?

Я хмурюсь, принимая документы. Я говорила с Саввой об инвестициях, но он ничего не ответил. Так почему…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ладно, неважно. Дубинин изначально хотел вложиться сюда, так что ничего удивительного.

Я быстро проглядываю страницы, проверяя основные моменты. Когда они меня удовлетворяют — читаю внимательно каждую строчку.

— С подписью? — я едва не присвистываю.

— Я теперь подписям не так доверяю, — кривится Лавров. — Но я решил, что это больше жест. Что он готов подписывать.

— Может быть. Но пока я могу сказать, что условия неплохие. Есть моменты, которые я не рекомендовала бы принимать, но…

— Но?

— Их перекрывают другие выигрышные. Я бы сказала, что договор довольно справедливо составлен. Преимущества вам и ему.

— Значит, такой рекомендуете принимать?

— Я бы ещё немного поборолась.

Не сильно, потому что здесь нечего убирать так, чтобы самим не получить предложение хуже. Но несколько моментов кажутся реальными.

Вроде срока предоставления отчётов и проведения платежей.