Живя с опекунами, я старалась ничего не принимать близко к сердцу, научилась усмирять эмоции и даже подавила излишнее любопытство. А сейчас все это вдруг вновь стало проявляться. И вместо того чтобы лечь спать, я сунула ноги в туфли, наспех набросила собственноручно связанную шаль и подошла к двери. К этому времени шаги за ней почти стихли, их отзвуки раздавались где-то в районе гостиной.

Пока разум увещевал, что они принадлежат дворецкому или какой-нибудь ниллэ, нехорошее предчувствие толкало вперед. Осторожно надавив на дверную ручку, я выглянула в утопающий в полумраке коридор.

Свет здесь горел всегда, но ночами становился приглушенным. Сейчас магические огни на настенных светильниках подрагивали, словно от ветра. И он в самом деле полз по полу — не то ветер, не то ледяной, очень сильный сквозняк.

Мельком осмотревшись, я тихо прокралась к гостиной, сама не зная, что ожидаю там увидеть. А войдя в нее, увидела лишь ускользнувшую тень — кто-то покидал жилое крыло.

«Наверняка какая-нибудь студентка», — вновь напомнил о себе глас разума.

Только сейчас даже он прозвучал как-то неуверенно.

Ночью, когда за окнами клубился мрак, даже институт не казался безопасным пристанищем, которым конечно же был. Когда на мир опускается ночь, самые привычные вещи начинают видеться пугающими. Как в детстве, когда в отбрасываемых ветвями деревьев тенях видятся скрюченные сухие руки и ты боишься слезать с кровати, потому что под ней притаилось чудовище.

По привычке тряхнув головой и избавляясь тем самым от непрошеных трусливых мыслей, я все так же тихо пошла вперед. Просто для того, чтобы убедиться, что ничего страшного там нет.

Что здесь — безопасно. Услышанные мною шаги действительно принадлежат какой-нибудь девушке, которой этой ночью не спится. Ветер — самый обыкновенный сквозняк, а у меня просто разыгралось воображение.

Впереди раздались щелчок и какой-то глухой звук, вызвавший ассоциацию с распахнувшимся окном. Я ускорилась, преодолела длинный коридор и, дойдя до самого его конца, замерла.

Одно из окон в самом деле было открыто.

Я подошла поближе, выглянула на улицу, и мое сердце оборвалось. По узкому парапету, балансируя невесть каким чудом, неспешно двигалась тонкая девичья фигурка.

Темнота была такой плотной, что даже множество садовых фонарей и окружающих институт огней не могли ее разогнать. И самое главное — девушка, которую я видела лишь смутным темным силуэтом, будто намеренно шла там, куда не дотягивался свет.

«Она сомнамбула?» — была первая пришедшая мне в голову связная мысль.

Следующее, о чем я подумала: надо что-то делать. Как-то самой ей помочь или позвать кого-нибудь на помощь.