«Интересно, зачем это я понадобился Президенту? — подумал Савелий. — Вероятно, случилось что-то неординарное…»

Он положил трубку и пошел одеваться…

Галине Старовойтовой, Анатолию Собчакуи всем тем, кто отдал свои жизни за демократию в России, ПОСВЯЩАЮ

Пролог

Савелий Говорков, миновав молчаливо-невозмутимых охранников, оказался в большом красивом кабинете.

— Подождите, пожалуйста, минуту, сейчас вас примут, — сказал Савелию сопровождавший его такой же невозмутимый человек в дорогом темном костюме.

Савелий кивнул и огляделся. Кабинет был скромнее, чем он ожидал. В глубине он увидел большой дубовый стол, на котором, кроме изящных бронзовых часов и фотографии в рамке, ничего не было; у стены стояли два флага: один — российский, другой — такой же триколор, но с вышитым на нем золотым двуглавым орлом на фоне красного щита — президентский штандарт. Неподалеку располагался массивный дубовый шкаф с какими-то справочниками и рабочими папками. У окна находился небольшой инкрустированный столик, на котором стояли кувшин с соком, несколько бутылок минералки и на стеклянном подносе — хрустальные бокалы. Рядом со столиком — пара удобных кресел.

Савелию понравилась тишина, царившая в этом светлом уютном кабинете. По всей видимости, здесь хорошо работалось — ничто, похоже, не отвлекало от размышлений. А хозяину этого кабинета думать приходилось ох как часто — и не всегда на веселые темы…

Дверь за спиной Савелия неслышно отворилась, и, прежде чем он услышал звук мягких шагов по ворсистому ковру, в кабинете раздался такой знакомый ему по телевизору голос Президента:

— Извините, Сергей, дела, понимаешь!"

"Савелий повернулся и увидел хозяина кабинета. За его спиной стояли генерал Богомолов и еще какой-то человек — то ли охранник, то ли помощник.

— Ну, здравствуйте, Мануйлов, давно мы с вами не виделись! — сказал Президент и протянул руку. Савелий сделал два шага навстречу и пожал широкую и сильную, как у простого работяги, руку Президента.

— Здравствуйте! — сказал Савелий, искренне радуясь тому, что, несмотря на писанину газет и вой коммунистов в Думе, рука у Президента, как сказал однажды его пресс-секретарь, осталась такой же крепкой, впрочем, как и три года назад, когда Президент принимал его в Кремле после награждения Звездой Героя России.

— Оставьте нас, — сказал Президент, — у нас тут секреты… личные… Богомолов попрощался с Президентом и взглядом подбодрил Савелия: мол, не робей! А сопровождавший первое лицо государства никак не проявил себя, лишь по-прежнему молча приоткрыл высокую створку резной двери кабинета, пропустил генерала вперед и затем аккуратно прикрыл за собой дверь.