Лишь те, кто пользовался привилегией обедать за главным столом на помосте, кажется, не могли оторваться от яств.

– Где моя тетка? – спросила у них Дженни, когда Ройс усадил ее рядом с собой в центре стола.

– Отправилась на кухню велеть поварам приготовить на завтра побольше еды. По-моему, – с ухмылкой добавил сэр Юстас, – она просто не представляла себе, какой жуткий у нас аппетит, когда предлагаются вкусные блюда.

Дженни оглядела расставленные на столе подносы, большинство из которых уже было очищено, и испустила безмолвный удовлетворенный вздох.

– Стало быть… все вкусно?

– Пища богов, – усмехаясь, преувеличил рыцарь. – Спросите любого.

– За исключением Арика, – поправил сэр Годфри, с неудовольствием оглядываясь на гиганта, который сосредоточенно обгладывал цельного гуся.

В этот миг в зал ворвалась тетушка Элинор, морща лицо в улыбке.

– Добрый вечер, ваша светлость, – приветствовала она Ройса. – Добрый вечер, Дженнифер, дорогая. – И остановилась в конце стола, выражая свое полное одобрение собравшимся за столом, пустым подносам и даже слугам, убиравшим остатки. – Кажется, все поистине насладились моей едой.

– Если бы мы знали, что вы собираетесь спуститься и почтить ужин своим присутствием, – сказал Стефан брату, – оставили бы вам побольше.

Ройс одарил его насмешливым взглядом:

– В самом деле?

– Нет, – весело признался Стефан. – Вот возьми торта, это поднимет тебе настроение.

– Я уверена, на кухне еще осталось что-нибудь вкусненькое, – заявила тетушка Элинор, хлопая в маленькие ладошки в полном упоении от такого признания ее трудов. – Пойду посмотрю, как там мои припарки. Торт поднял настроение всем, кроме Арика.

Стрельнув насмешливым взглядом в своих товарищей, Стефан добавил:

– Его настроение ничто не поднимет, даже хвойные клизмы.

При упоминании о хвойных клизмах остальные заухмылялись, словно наслаждаясь какой-то всем им известной и чрезвычайно изысканной шуткой, но Дженни, взглянув на Ройса, увидела, что он пребывает в таком же недоумении, как и она. Ответ дала тетушка Элинор, которая влетела в зал со слугой, несшим поднос с горячей едой, а также с небольшим сосудом и полотняными тряпками.

– Боже мой, сколько всего мы с Ариком нынче сюда натащили! И когда возвращались, он нес огромные охапки прелестных веток, правда? – радостно щебетала она.

Тетушка Элинор помолчала, с любопытством оглядывая рыцарей, внезапно охваченных приступом сдавленного хохота, потом взяла у слуги с подноса сосуд и тряпки, и, насторожив Дженни, старая леди начала подкрадываться со своим снадобьем к Арику."

"– Вы ведь не очень приятно провели день, правда? – проникновенно ворковала она, ставя сосуд возле Арика и обмакивая в него тряпку.